Как спасти жизнь

– Я могу представить тебя пожарным.

– Да?

Боже, конечно. Я представила высокую фигуру Эвана, облаченную в тяжелую форму пожарного. Нужно быть сильным, чтобы носить ее. Фантазия двинулась дальше. Красивое лицо, покрытое по?том и копотью, бушующий позади огонь. Он несет маленькую девочку и отдает в руки благодарной матери…

Что со мной не так?

Эван Сэлинджер завладел моими мыслями. Я попыталась отгородиться, но это не помогло.

– А ты кем хочешь стать? – спросил он. – Ты упоминала, что найдешь работу, но как же твои стихи?

Мои брови взлетели вверх.

– Откуда ты знаешь, что я пишу?

– Я принес в жертву агнца на алтаре Баала, и мне явилось видение. – Он рассмеялся, увидев выражение моего лица. – Я читал ваш андеграундный журнал. Как его там? Mo Vay Goo? Там еще зернистая ксерокопия Моби Дика на обложке?

– А. Точно.

Его смех затих.

– Понимаю. Я в курсе, что обо мне говорят.

Желание расспросить у него о Вудсайде, о срыве в классе, о видениях так никуда и не делось. И я видела, что он готовится к моему любопытству.

«Не делай с ним этого», – подумала я. Эван и без того достаточно долго варится во всем этом. Больше никаких дурацких намеков. Я решила просто поговорить с ним.

– Ты читал Mo Vay Goo? – удивилась я. – Я думала, журнал выбрасывают в мусорку через шесть наносекунд после того, как Марни его раздаст.

Он снова подплыл к краю бассейна.

– Обычно я читаю журнал, хотя пока там не появилась твоя публикация, он не производил на меня впечатления.

Твое стихотворение мне понравилось.

– Спасибо.

– Ты правда хорошо пишешь, – сказал он. – Разве не хочешь заниматься этим? Быть поэтом? Я имею в виду превратить это в профессию?

– В поэзии не так уж много денег. Ни гроша.

– Преподавание?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Я не очень люблю стоять перед людьми и говорить. И чтобы стать учителем, мне придется поступить в колледж. Джерри так много переезжал, что у меня дерьмовые оценки. Я не смогу получить стипендию, а провести остаток жизни по уши в долгах не хочу.

Наверное, найду какую-нибудь работу в ресторане, а писать буду на стороне. – Я посмотрела на свои руки. – Знаю, не очень амбициозно…

Эван положил подбородок на руки, наблюдая за мной.

– Я был бы не против когда-нибудь почитать твои стихи. Если ты не возражаешь.

– А ты бы хотел?

– Определенно.

Я представила, как он читает мою коллекцию. Стихи, написанные глубокой ночью под шепот призраков.

– Это нелегкое чтение.