Сейчас и навечно

Ты нашла здесь квартиру?

– Мой друг сказал, что это последний дом в викторианском стиле с регулируемой арендной платой во всем Сан-Франциско.

– Твой друг прав, – ответил Макс. – В большинстве районов города фраза «регулируемая арендная плата» вызывает лишь приступ недоверчивого смеха. – Он усмехнулся. – А потом слез.

– Тогда я не скажу тебе стоимость аренды.

– Ну и слава богу.

– Итак, когда не проводишь каждый божий час в роли моего спонсора, чем ты занимаешься? – спросила я.

– Я фельдшер «Скорой помощи» в Калифорнийском университете.

– Правда? Ты не шутил, когда говорил, что круглосуточно спасаешь жизни.

Он небрежно пожал плечами, но его улыбка показала, насколько ему приятно слышать мои слова.

– Что насчет тебя? Есть работа?

– Вроде того, – ответила я. – Заканчиваю курсы массажа…

– И?.. – отреагировал Макс на мое молчание. – Здесь должна быть вторая часть предложения.

– Раньше я танцевала. В прошлой жизни, если ты понимаешь, о чем я.

– Понимаю, – сказал Макс. – Старая жизнь, жизнь наркомана и новая.

– Посмотрим, – проговорила с небольшой улыбкой. – Очень надеюсь.

Макс кивнул.

– Порой это все, что тебе нужно.

Мы шли вдоль ряда домов в викторианском стиле, каждый из которых пристроился к соседнему и был окрашен в свой цвет. Я взглянула на адрес, написанный на руке, затем на трехэтажный дом кремового оттенка, зажатый между бежевым зданием поменьше и домом из состаренного кирпича.

– Вот этот, – указала я на кремовый дом.

– Ты шутишь? – Макс уставился на дом. – Ты собираешься жить здесь? Одна?

– В студии на третьем этаже, – ответила я, поправляя свой рюкзак. – Тут миленько, правда?

– Миленько? – изумился Макс. – Это дом с регулируемой платой?

– Опять эта фраза. Будешь смеяться или плакать?

– Плакать, – процедил он сквозь зубы. – Перед тобой единорог, поедающий четырехлистный клевер и какающий радужными какашками в форме беспроигрышных лотерейных билетов.

Я рассмеялась.

– Ну, это всего на полгода, а потом мне придется вернуть его и найти новое место.

– Отстой, – посочувствовал Макс. – После этого подобия Шангри-Ла ты будешь потрясена тем, как плебеи вроде нас добиваются успеха в Сан-Франциско.

– Ничего сложного. Я просто перееду к тебе.

Он засмеялся.

– Возможно. Но я могу переехать через несколько месяцев. Или раньше.

Меня аж перекосило от его слов.