Сгорая дотла

Три секунды – и меня уже физически влечет к ней. Это легко объяснить. Но как Алекс так быстро стала настолько важной для меня – я не имел ни малейшего гребаного понятия.

В тот момент, взаперти, вдали от всех, кого я любил, у меня не было никого, кроме Алекс.

А у нее не было никого, кроме меня. По крайней мере, здесь. А то, что произойдет потом, не так важно. Мы выберемся отсюда, и жизнь вернется в нормальное русло. Она пойдет своей дорогой, а я – своей. Эта мысль вызвала у меня боль глубоко в груди, но я попытался отогнать ее.

Это было неизбежно, и я прекрасно понимал, что нет смысла тратить время на нытье по поводу того, что я не в силах изменить.

Алекс пошевелилась рядом со мной, и я наблюдал за тем, как она просыпается. Она зажмурилась от яркого света и вытянула шею, слегка поморщившись. Я ничего не говорил, просто наблюдал за ней и, благодаря моему внезапно разыгравшемуся воображению, задавался вопросом, каково было бы проснуться рядом с ней в постели, а не в этом проклятом банке. Она дернулась, окончательно проснувшись и пытаясь прийти в себя.

Я наблюдал за тем, как недоумение на ее прелестном лице вмиг сменилось страхом, а затем паникой, словно она что-то потеряла. Она повернула голову, взглянув на меня, и тень облегченной улыбки коснулась ее губ, когда она обнаружила мое присутствие, что заставило мое глупое сердце бешено забиться.

– Я думала, что все это был дурной сон, – пробормотала она. – Не считая тебя…

Она, должно быть, поняла, что сказала. Алекс скорчила гримасу и шлепнула меня по руке.

– Ты должен был разбудить меня.

– Разве?

– Мы же договорились.

– Тебе надо было отдохнуть.

– А если бы ты заснул, ты мог впасть в кому или что-то в этом роде. Или еще хуже.

– Рана не настолько серьезная, и я в любом случае не уснул, – хмурое выражение ее лица заставило меня улыбнуться. – Но спасибо за заботу.

Алекс фыркнула, и я подумал, что она могла бы задать мне взбучку, но вместо этого она улыбнулась. Великолепная.

«Неплохое начало дня, учитывая обстоятельства».

Но, черт возьми, день тянулся мучительно медленно. Желания много разговаривать не было ни у кого. Еду нам не принесли. Все были измождены от пережитого испытания. Лица, искаженные от страха и голода. Воды, которую дала нам банда монстров, было достаточно, чтобы мы не умерли от жажды, но не более того. В ящике стола лежал блокнот, а в кармане рубашки у Роя была ручка. Мы играли в «Виселицу» и писали записки близким. Кэрол, Гил и Рой играли в «Угадайку».