Выше только любовь

– Нет-нет. Я просто… люблю книги, – слабо возразила она, подавляя желание сбежать и спрятаться.

Улыбка Джулиана помогла ей расслабиться.

– Ну да, они твоя компания на пятничный вечер. И кого ты читаешь?

– О, я обожаю Джона Ирвинга, Энни Пру… Октавия Батлер тоже нравится. О, но никто не может сравниться с Рафаэлем Мелендесом Мендоном. Если выбирать самого любимого автора, то это точно он. Ты его читал?

Джулиан медленно откинулся на спинку стула.

– Читал.

Натали захлопала в ладоши:

– И?

Он сделал глоток кофе и пожал плечами.

– О, да ладно тебе! Если ты читал, то у тебя точно сложилось какое-то мнение о его работе! Он слишком талантлив, чтобы вызывать равнодушие.

– Я бы не сказал, что равнодушен…

– В этом мире есть лишь несколько вещей, которые я люблю больше книг Рафаэля Мелендеса Мендона. И я чувствую себя обязанной по крайней мере постараться обратить в свою веру незнающих и не ценящих. Я уже в третий раз перечитываю его последнюю книгу. «Коронацию».

Джулиан слабо улыбнулся.

– Сильный комплимент, но всегда есть что улучшить, не так ли?

– Не в его случае, – покачала головой Натали. – Прости, я обожаю Мендона, и меня начинает нести, когда говорю о нем. Я приобрела все его книги и прочитала их по меньшей мере раз десять. А «Выше» – раз двадцать точно. – Она взяла круассан, понимая, какой безумной, должно быть, смотрится со стороны. – Либерти права, да? Я безнадежна.

– Я бы сказал, ты довольно далека от безнадежности.

Натали покосилась на окно, за которым печально завывал ветер и кружились опавшие листья.

– Иногда мне кажется, что я не столько читаю Мендона, сколько сбегаю в эти истории, – призналась Натали. – Они словно убежище от всего уродливого и жестокого. От боли. Они – кусочки абсолютной правды, понимаешь? Правды, выраженной в судьбах персонажей и просвечивающей сквозь его прозу. – Она повернулась к нему.

– Ты разочарована?

– Нет. Хотя есть немного. Я не собираюсь ставить тебя в неловкое положение, ничего такого, – вздохнула Натали. – Вероятно, Либерти и мой босс Нико, да, тот самый Нико, правы. Я провожу слишком много времени в книгах и недостаточно в реальном мире. – Она фыркнула. – Ненавижу этот термин. Сюжеты книг Мендона происходят в настоящем мире, но там есть магия.