Кто главнее? Что важнее?

– Вот так, значит! А мы тебя считали за своего, – обиделись блестящие шары.

– Вы мне не ровня! Ручная работа никогда не сравнится с заводскими штампами, – высокомерно заявил расписной Шар, находившийся в самом центре красавицы Ёлки.

Их спор перебила глядевшая на всех свысока Звезда:

– Вас среди этих зеленых веток даже не сразу заметишь, – усмехнулась она. – Зато я у всех на виду! Все смотрят только на меня. Я – главное новогоднее украшение, я выше вас всех! А вы там, внизу, лишь для массовки.

– Ах вот оно как! – обозлились на Звезду шарики, поглядывая наверх.

– Да, вот так! Я ярче вас всех, и мне нет равных.

Все загалдели, перебивая друг друга, и шум наполнил всю комнату. Мандарины воспользовались перебранкой и начали выталкивать друг дружку из глубокой вазы для фруктов. Один из них, самый смелый и проворный, уже оказался на столе и подкатился к краю.

– А куда это вы намылились, заморские гости? – воскликнула, заметив беглецов, Звезда.

– Красавица, пока вы там болтаете, мы делом занимаемся, – объяснил ей смельчак.

Он уже собирался прыгнуть вниз, когда свеча перегородила ему дорогу.

– Если сами ничего не делаете, то другим не мешайте! Мы круглые, попробуем докатиться до комнаты Машеньки, туда и сразу обратно, на раз-два, и Машенька при виде нас сразу забудет печали и развеселится. Ведь таких вкусных мандаринов она еще точно не пробовала!

– А почему катиться к Машеньке должны вы? Мы тоже вообще-то круглые! – выкрикнули блестящие шары.

– Да потому что от нас толку больше!

– Что вы этим хотите сказать? – возмутился расписной Шар.

– А то, что мы и красивые, и вкусные, и ароматные. А в вас, кроме блеска, ничего и нет. Вы красивые снаружи, а внутри вас пустота. Бестолковые стекляшки. Как вы с Елки слезете, герои?

Блестящие шарики смолкли, видимо, речь мандаринов заставила их задуматься.

Уже четыре мандарина выбрались из блюда и выстроились у края стола.

– Зато мы не портимся со временем, в отличие от некоторых! – вдруг отозвался расписной Шар, которого слова мандаринов, видимо, тоже задели за живое.

– Ничто не вечно, дорогой, у каждого свой срок, – с важным видом заявил храбрый Мандарин и спрыгнул со стола.

Он приземлился на пол и покатился к двери. Вслед за ним со стола спрыгнули и оставшиеся три мандарина. Два приземлились благополучно, одного занесло в сторону, и он укатился под стол, а другой помял бок во время приземления, отчего катился криво, уходя все время чуть-чуть влево.