Кто подставил Жана Усача?

Другое дело Андре? Паншон – высокий толстяк в дырявых брюках, старой майке в пятнах от соуса и фартуке, который в последний раз стирали ещё при Наполеоне!

Да и сама тюремная кухня очень отличалась от ресторана, в котором жил Помпончик. В воздухе стоял густой запах варёной капусты. Он исходил от таких гигантских кастрюль, что хоть слона в них вари! По стенам стояли высокие железные стеллажи, на них были свалены мешки с мукой и сахаром. На большом столе высились стопки мисок, которые грозили вот-вот рухнуть.

– Клянусь рагу из Пуату! – воскликнул Паншон, расплываясь в улыбке. – Эти восемь лап прибежали отведать кашки!

Додо радостно мяукнул и потёрся мордочкой о ноги повара.

– Что, проголодались? Вижу-вижу… И всё же вам придётся подождать – сейчас будет завтракать первая смена заключённых, – объяснил толстяк, воинственно направляясь к дымящимся кастрюлям. – Как только их накормлю, принесу вам что-нибудь вкусненькое, хорошо?

Тут у Додо громко заурчало в животе. Правда, сейчас Додо было совсем не до еды.

Сначала он хотел выяснить, что случилось с господином Усачом!

Итак, пока повар был занят завтраком, Додо и Помпончик промчались по коридору, что вёл в кухонные помещения. Коты пролезли через входную решётку, взобрались по лестнице и нырнули в дверь, прошмыгнув между начищенными до блеска сапогами надзирателей.

Затем, чтобы не попадаться на глаза людям, коты выпрыгнули из окна и побежали по карнизу тюремного здания.

– Мы почти у цели! – заметил Додо.

 – Здесь камеры заключённых. Осталось только найти господина Усача…

Помпончик просунул голову в низкое узкое окошко и мяукнул:

– Похоже, мы на месте!

Коты проскочили внутрь. Камера была совсем небольшой – почти всё место занимала двухъярусная кровать.

На верхней полке, болтая ногами в воздухе, сидел молодой арестант, похожий на груду мышц. Он тренировал свои ручищи, покрытые татуировками, – поднимал и опускал ржавую чугунную трубу.

А на нижней полке с книжкой в руках сидел тот, кого искали коты, – господин Усач.

Услышав мяуканье, старичок поднял голову да так и подскочил от удивления:

– Додо! Дружок мой дорогой! Как ты сюда попал?

От волнения у господина Усача на глаза навернулись слёзы. Он наклонился и взял бродягу на руки. Помпончик покосился на друга – он знал, что Марсельезыч не выносил всяких нежностей. Однако Додо решил потерпеть – надо было утешить беднягу Усача!

– Эх, старина! – всхлипнул старик.