Куда бежишь?

Она топала ногой, кричала «кыш!» и размахивала сумкой. Я отошел в сторону.

Поглядывая на меня, она направилась к подъезду. Долго возилась с ключами, наконец открыла. Я бросился к подъезду, но она запрыгнула внутрь и захлопнула дверь.

И снова я стоял носом к двери.

Наконец мне повезло: кто-то начал открывать дверь изнутри.

Дверь приоткрылась, и я ринулся внутрь.

– Куда?! – неслось сзади.

Я пролетел лестничный пролет и остановился.

Тускло горела лампочка.

Хлопала дверь, но Фонарщик все не появлялся.

Я уже стал подумывать, что с ним что-то случилось и пора выбираться из подъезда назад. Ведь мы с ним теперь – одна банда. Хотя столько сил потрачено, чтобы сюда попасть. А выбираться наверняка тоже не так-то просто.

Но вот внизу хлопнула дверь, и появился Фонарщик.

– Тепло.

Он огляделся, замер и ощетинился.

– Похоже, здесь уже кто-то живет.

Через пролет от нас под мусоропроводом сидела толстая крыса.

Мы мигом пролетели лестницу.

Крыса даже не подумала убегать.

Она спокойно сидела и что-то жевала. Может, она глухая? И слепая? И нюха у нее нет? Неужели она не понимает, что мы сейчас ее съедим?

Фонарщик потянулся к крысе.

– Не советую, – обронила крыса. – С утра здесь в очередной раз рассыпали крысиную отраву. Как знать, может, я ее съела. И тогда, съев меня, вы умрете в страшных мучениях.

Фонарщик замер в нерешительности.

– Ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо.

– Подлая! – прошипел Фонарщик и хотел было снова броситься на нее, но снова передумал.

Мы стояли над отравленной крысой и смотрели, как она жует.

– Если бы вы не были так грубы, я могла бы вам подсказать, где найти еду.

Фонарщик переступил с ноги на ногу. Я сглотнул.

– Полпролета выше оставлена еда для кота, – сообщила Отравленная и добавила: – Кота еще не было.

Мы рванули наверх.

Еды было мало. Для кота, может, и ничего. Но для двух псов – мало. А для уличной банды – вообще ничего.

Мы поделили еду пополам.

– Давай есть не торопясь, – предложил Фонарщик. – Так на подольше хватит.

Я кивнул. И мы накинулись на еду.

На подольше не хватило. Но все равно было вкусно.

Подъезд засыпал. Все реже хлопала входная дверь и шумел лифт.

Фонарщик прислонился боком к батарее и задремал. А я все никак не мог найти себе место. И вдруг дверь на площадке открылась.

– Это кто же у нас такой?

У нее были рыжие волосы и мешок мусора в руках.