Кукла из темного шкафа

А сейчас она так вспотела, что пришлось обтирать ее полотенцем…

– Она сама назвала свое имя? – спросил Никита.

– Да. Сначала она молчала, а потом все же решила сказать, как ее зовут. Думаю, она поняла, что я ей не враг, а друг. Но без настоящего врача, я думаю, здесь не обойтись. Пойдемте на кухню, и там вы мне расскажете все, что узнали про Конобеевых.

– Значит, так… – начал Сергей, когда все сыщики устроились на кухне, предварительно закрыв дверь, чтобы не разбудить своими голосами Валерию.

 – Мы выяснили, что, кроме девчонки по имени Светка, в квартире в данное время никто не живет. Возможно, взрослые в отъезде. Но, может, и другое… Дело в том, что девчонка слишком напугана, а потому нам не удалось толком расспросить.

– Так вы видели ее? Разговаривали с ней? – спросила Маша.

– Да, это было уже поздно вечером, когда в окнах их квартиры зажегся свет. Поначалу-то мы думали, что там вообще никого нет, но потом, когда увидели свет, стало ясно, что дома кто-то есть.

– Я забрался на дерево с биноклем, – подал голос Саша Дронов, – и увидел девчонку.

Она стояла возле окна, как раз напротив меня. Вы не поверите, но мне удалось разглядеть даже то, что лицо ее заплакано. Классный бинокль!

– Она тебя не заметила?

– Ты что?! Она-то была без бинокля. Я долго проторчал на дереве, ждал, что в комнате за ее спиной кто-то появится. Но потом понял, что, кроме нее, в квартире никого нет. И тогда мы с Сергеем решили действовать…

– Да, мы поднялись и позвонили в дверь, – пояснил Сергей.

– И она, эта Света, конечно же, не открыла, – вздохнула Маша. – Во всяком случае, я бы точно никому не открыла. Тем более что вы пришли к ней уже поздно вечером, как вы говорите…

– Ты так и будешь нас перебивать? – строго спросил Сергей, вдруг поймав себя на том, что словно бы отчитывается перед Машкой. А ведь это он, Горностаев, здесь самый главный…

– Нет, Сереженька, извини… – сразу же поняла свою оплошность Маша и лучезарной улыбкой попыталась загладить свою вину.

Она чувствовала настроение Сергея как никто другой. – Я больше так не буду.

– Но ты права, – смягчился Сергей. – Она нам действительно не открыла.

– Да это ж и так ясно! – не выдержал Пузырек. Ему было непонятно, как можно вот так долго рассказывать столь элементарные вещи. Он считал, что Горностаев с Дроновым просто важничают и стараются представить дело таким образом, будто они только и работают, а остальные бездельничают.