Кулон на Рождество

Кулон на Рождество

Виктория Олеговна Феоктистова

Добрая и слегка грустная зимняя сказка. Чтобы прочувствовать каждую строчку, рекомендую читать в одиночестве с кружечкой горячего какао, и хорошо если за окном идёт снег, а в доме уже наряжена праздничная ёлка. Моя маленькая сказка подарит особенную предпраздничную атмосферу. Подойдёт тем, кто устал весь год утопать в делах и уже позабыл, какого это, встречать Рождество и Новый Год с особым тёплым настроем.

Виктория Феоктистова

Кулон на Рождество

Часть 1

Когда был маленьким, я знал, что волшебство и счастье находятся рядом, всё это есть в простой житейской мелочи.

Меня кормили от пуза, ласковыми словами называли. Поднимали выше головы и показывали огромный мир. На кончик моего носа из чёрной небесной дали медленно спускались снежинки и таяли, не успев остудить горячую кожу. Когда я крепко спал и видел сны, то вслух кряхтел, что-то бормотал, а мои близкие умилялись и обнимали меня. В детстве всё кажется большим: высокие жёлтые стены, широкие бежевые занавески и необъятный оббитый багровыми досками пол, по которому громко топали бесконечно высокие люди.

Угол моего зрения позволял видеть штаны, брюки и юбки. Я считал взрослых добрыми великанами, мне было не понятно, о чем они говорят, словно на своём языке. Всё время смеются. Мне было так плохо слышно их беседы, что приходилось забираться к кому-нибудь на колени, чтобы нормально поговорить.

Моя Рыжая прижимала к себе крепче остальных, например, во время грозы, или когда сильный ветер ломал черепицу, сокрушая тишину в ночи.

Мы вместе смотрели на дождь, укутавшись покрывалом, на скрипучем кресле у окна в пол, и на салюты смотрели там же, и на снегопад. Рыжая везде брала меня с собой.

Всегда с теплотой в груди вспоминаю Рождественское утро в лесу на стеклянном от заморозков пруду. Там в пушистые снежные платья всегда наряжены берёзы и ели. Там алыми серёжками украшена застывшая ото льда рябина, а пухлые желтопузые синицы до весны прижимаются друг к дружке на её утончённых ветках.

Взрослые дрожали и тёрли ладошки, но их красные от мороза щёки улыбались, а ноги продолжали бегать и резвиться в глубоком снегу. И я вместе со всеми. Я любил плюхаться в снег. Потом всей семьёй доставали термос, откуда валил тёплый пар, и бабушка угощала всех горячими пирожками, сок капал из них на белый снег. Его потом птички клевали. До вечера мы катались на ледяной горке у пруда, и ребята успели слепить гигантского снеговика.