Курмо загадывает желание

Да, бывает, но то, что она потом даже ни разу не зашла, не проронила ни единого слова о вашем состоянии, не дала никаких объяснений – это просто невероятно! Я звонил ей, но она не отвечает. Четыре раза спускался к ней, но она не открывает дверь.

Янка взглянула на Йохана, закусившего губу.

– Она… она… она не сможет тебе открыть, она там больше не живёт, – начала Янка.

– Что, простите? – спросил отец, наполовину недоверчиво, наполовину насмешливо. – Это что ещё значит?

– Нет, она, конечно, всё ещё там живет, – поспешно сказал Йохан.

 – Просто фрау Тоссило заболела так же, как и мы. Вернее, намного серьёзнее. Она не смогла даже отвезти нас домой, и это сделал… э-э… Ойген, муж её сестры. Фрау Тоссило пришлось остаться с сестрой, здесь за ней некому ухаживать. Ойген предположил, что ей, возможно, даже придётся лечь в больницу. Я не знаю, может, она сейчас там.

– Ну ты подумай, как всё плохо! – искренне расстроилась мама.

Отец тоже сразу смягчился:

– Если бы мы это знали… Но почему Ойген оставил вас одних в квартире? Неужели он не мог дождаться нас? У вас есть его номер? Не волнуйтесь, я не буду с ним ругаться, просто хочу поблагодарить и заодно расспросить о фрау Тоссило.

– К сожалению, у нас нет его номера.

Йохан в свою очередь бросил взгляд на Янку. Оба чувствовали себя довольно неловко. Вообще-то, это было совсем не в их правилах – вот так врать. Но это правда, что у них нет номера телефона выдуманного зятя фрау Тоссило. Теперь родители уже не злились на неё, а ведь после всего, что ей выпало, она действительно не заслуживала осуждения.

– Что ж, тогда будем надеяться, что фрау Тоссило скоро поправится и сможет вернуться домой, – подытожил отец. – Побросаем фрисби?

Они побежали на небольшую лужайку и играли, пока все окончательно не взмокли.

В качестве отдыха решили – хотя Йохану это сначала показалось довольно по-детски – поиграть ещё и в прятки во всех возможных вариантах. В итоге день прошёл чудесно.

Пришло время ложиться спать, и брат с сестрой вновь остались наедине друг с другом.

Когда Йохан, лёжа в постели, включил лампу для чтения, а Янка доставала новую ночную рубашку, их опять одолела грусть.

Йохан глубоко вздохнул, а Янка застыла перед открытым шкафом из белой лакированной сосны, уставившись в него.

– Никак не можешь выбрать подходящую ночнушку? – пробормотал Йохан.

Он хотел, чтобы его слова прозвучали как шутка, но она не удалась, и Янка только рассеянно покачала головой.