Кусатель ворон

– Значит, Геннадий двинулся по военной стезе… Да… А тебя как в журналистику занесло? – спросил Жмуркин. – Ты ж вроде не подавал…

– Жизнь заставила, – ответил я.

– А конкретнее? Мне просто интересно – вот живут люди, живут – а потом вдруг раз… И журналисты.

– Одного моего далекого предка покусали собаки, – ответил я. – Это если вкратце.

– А, теперь понятно. Все, вопросов больше не имею, так оно обычно и случается. Знаешь, а на одного моего предка упал горячий самовар. Наверное, это тоже как-то влияет.

Я согласно кивнул. Давно подозревал, что в роду Жмуркиных не все так просто.

– А ты как… – я помотал пальцем в воздухе. – Как тут оказался? Ностальгия? Решил посмотреть, как мы тут в навозе копошимся?

Жмуркин ухмыльнулся.

– Не, я тут проездом в Копенгаген. Знаешь, еду я себе в Копенгаген, вдруг вижу – знакомые места, ну, стоп-кран и сорвал, вышел вдохнуть родной воздух, зарыться ноздрями… Ну и вот – незваный друг на пороге, поджимайте, товарищи, ноги.

Я не нашел что сказать.

– Шучу, конечно. Я по делу.

Жмуркин слез с мотоцикла.

– Тут есть какая-нибудь… столовая? Кажется, за углом была?

– Закрыли. Можно просто, на Набережную сходить, там пирожки. А ты что, теперь по столовым специализируешься?

– Почти, – уклончиво ответил Жмуркин. – Пойдем, что ли, на Набережную.

И Жмуркин двинул первым. Непринужденно, отметил я, раньше он так не ходил. Раньше он все вдоль стенок, да с полуоглядом, на полусогнутых, и в каждом кармане по баллончику, в левом с паралитиком от гопников, в правом перцовый от доберманов… А теперь расправив плечи, – атлант, однако.

Интересно, чем он теперь все-таки занимается?

Слишком самоуверен. И как-то респектабелен. Разбогател, что ли? Или папа-министр нашелся? Подался в бандиты? Молод. Телеведущий? Молод. Или все-таки секта? Вот Жохова тоже выглядит опрятно, а как рот раскроет, так клей из-под обоев вытапливается. Пиджак дорогой. Что же нужно ему? Заявился после стольких лет…

Вышли на Набережную, Жмуркин огляделся и повернул налево, через двести метров мы устроились в летнем кафе «Карпаччо», Жмуркин заказал мороженое и кофе.

Я ничего заказывать не стал, примерно полгода назад я написал небольшую заметку под названием «Карпаччо из Кукараччо», с тех пор я не рисковал здесь обедать, поскольку однажды видел, как официантка плюнула в мою тарелку.

– Да… – Жмуркин вытянул ноги. – Да… Темпора мутантур, как говорили древние.