Лабрадор Трисон путешествует по свету

Иду, что мне делать, а он спрашивает:

– Тебя как зовут?

– Ав, – отвечаю, имея в виду: а раньше ты чем слушал? Нужно же хоть время от времени выкарабкиваться из своего гаджета. Хорошо хоть, облака иногда отвлекают. Ты море видел здесь? А то, может, думаешь до сих пор, что мы тут в торговом центре живём?

Странная реакция оказалась у Дени на мой «ав». Он тут же спросил у меня:

– В туалет хочешь? Сейчас сделаем!

Я и не понял сразу, чего он делать собрался. А он завёл меня в какой-то дальний уголок, посмотрел по сторонам и, махнув рукой, говорит:

– Ну, начинай!

Эх, малыш-малыш! Чего ты напридумывал? Пойдём уже, нечего мне начинать.

А он не успокаивается:

– Не бойся, тебе ничего за это не будет! Начинай!

М-да! Тут нужно убегать! Но ведь и этого сорванца я не могу бросить. Мимо проходил член экипажа, Деня остановил его и пожаловался:

– Дядя, моя собачка хочет в туалет!

О чудо! Оказывается, на судне есть помещение для выгула собак. А я уже вторую неделю, как скалолаз, мучаюсь в скользком человеческом туалете.

Стюард проводил нас до нужного места и удалился. Чтобы избежать лишних споров, я вошёл в комнату и через несколько минут вышел.

– Ну, вот видишь, – довольно улыбаясь, гладил меня мальчик. – Всё хорошо! А ты волновался.

Да, в общем-то, уважаемый Деня, у меня всё было хорошо и до посещения этой комнаты.

Затем мы сходили в каюту Дени, где он оставил свой планшет, и снова отправились на верхнюю палубу. Пора было возвращаться и матери мальчика, но, мне кажется, такие мамашки не очень-то переживают за своих отпрысков.

Чем-то она мне напомнила маму Рады. Помните девочку, которую я спас из воды на Бисеровских озёрах? Вот это из той же оперы. Но с пацаном мы подружились. Мне нравилась его самостоятельность и задумчивость. В таком возрасте редко встретишь таких рассудительных малышей.

Глава 3

Не знаю, сколько прошло суток, но однажды мы встали на рейд у какого-то острова. Желающих побывать на берегу доставляли туда небольшими катерами.

Василий Михайлович остался в каюте и настоятельно советовал Тамаре Исаевне не брать меня с собой. Но разве можно переубедить «даму с собачкой»? Она ни в какую: пусть погуляет со мной, и хоть ты тресни.

Погулял так погулял. Сойдя на берег, Тамара Исаевна отстегнула поводок и сказала мне:

– Можешь, дружок, заняться своими делами. Только смотри не потеряйся.

Это называется «накаркала».