Лаки

Мы ещё не успели познакомиться, а он, судя по переводчику, требует, чтобы мы убирались и не трогали его малину. В противном случае обещает задрать.

– Ну, «малина», видимо, название ягод. А что такое «задрать»? – слово показалось капитану незнакомым.

– Не знаю, но звучит очень убедительно.

– Бортинженер! Раз уж нас заметили, попробуй войти с ним в контакт. А мы со штурманом посидим в засаде.

Отважный Учёный, с трудом передвигая дрожащие ноги, вылез из малинника. Ему предстояла нелёгкая задача продемонстрировать верх дипломатии, договариваясь неизвестно с кем, неизвестно о чём.

Свою речь он произносил в микрофон переводчика. А из него раздавалось рычание, которое, как предполагалось, должен был понять медведь.

– Уважаемый абориген, успокойтесь, – начал хорошо продуманную речь Учёный. – Нам не нужна Ваша малина. Ну, разве что одна ягодка. Самая маленькая. Всего одна ягодка. Одна сотня. Одна тысяча…

– Что он несёт! – хватался за голову в кустах капитан.

– Всего пару тысяч! Нам больше не съесть.

Ну, пожалуйста! А то задеру!

Неизвестно, сумел бы Учёный выпросить у медведя две тысячи ягод, но последние слова, были явно лишними. Медведь бросился на непонятно откуда взявшегося наглого карлика, и вдруг… научился летать. Причем, не по своей воле. В момент прыжка капитан выстрелил в него из гравилака с направленным действием. Медведь на время потерял вес и стал быстро набирать высоту. Уже через минуту его массивную фигуру трудно было разглядеть в голубом небе.

– Отличный выстрел! – если бы у Беды были руки, он поаплодировал бы капитану. – Хорошее было существо. Большое!.. Хотя с интеллектом у него всё-таки не очень.

– А почему было? – уточнил капитан. – Действие заряда грави-энергии непродолжительно и проходит очень плавно. Этот косматый ягодоед немного полетает, а затем мягко опустится на землю. Однако, тихо! Слышишь чавканье? Наверное, ещё один любитель ягод объявился. А где Учёный? Учёный!!!

Страшная догадка мелькнула в голове капитана.

Он бросился на звук чавканья и увидел жуткую картину: Учёный двумя руками набивал свой рот крупными ягодами. Его скулы хрустели в упоительной гонке пожирания плодов. Сладкий липкий сок стекал по подбородку. А урчал и чавкал инженер при этом так, как не смогли бы и десять медведей.

– И этот проглот обзывал меня обжорой ненасытною? – припомнил Учёному штурман былые обиды.

– Ну и что? – стоял в нерешительности капитан.