Лампёшка

Самый опасный отрезок ещё впереди, но половина пройдена.

– Видишь, ветер?! Всё равно ты меня не…

Ветер выхватывает у неё из рук корзинку. Подбрасывает высоко, крутит над головой, просто из вредности, и уносит – вместе со спичками. Подальше, за море, на берег чужой, пусть будет подарок девчушке другой… Лампёшка видит, как крошечная точка исчезает в тёмном небе. Она визжит от ярости, и ветер заливает ей рот морской водой, солёной и холодной, а она и так продрогла, и всё потеряно. И слёзы тоже солёные – никакой разницы.

Она смотрит вперёд, потом назад. Маяк так же далеко, как и берег, такой маленькой девочке в таком большом море не добраться ни туда, ни туда. Но домой теперь, без спичек, можно и не возвращаться.

Вода поднимается всё выше, и её ноги отрываются от камней. Плавать она умеет, но не пытается.

«Мама, – думает она, – я уж лучше к тебе. Отцу, конечно, будет грустно, но он и так всегда грустный».

Она тонет.

Лампёшка не чувствует, как к ней подплывают холодные тела, как её хватают холодные руки.

Облака зелёных, как водоросли, волос колышутся в волнах. Смешки, хихиканье:

– Ах, бедняжка, детёныш, утопший детёныш…

Её голову поднимают над водой, её тащат к маяку, на полуостров, и бросают на камни:

– В нашей воде двуногим не место!

Там, у двери своего дома, и лежит теперь Лампёшка, а тем временем в бухте гибнет корабль.

Скала

И, как всегда, на следующий день вновь встаёт солнце. Вода в бухте лежит неподвижно, словно пристыжённая:

– Волны? Да как можно!

– Шторм? – еле слышно шепчет ветер.

 – Нет-нет, я тут ни при чём!

Он ласкает лицо девочки, будто поглаживая рукой.

– Мама… – Лампёшка приходит в себя. – Мама… Я умерла? – в замешательстве спрашивает она.

Мама у неё в голове тихо смеётся:

– Нет, девочка моя. Ты не умерла.

– Нет? – Лампёшка почти разочарована. – Правда не умерла?

– Правда. Твоё время ещё не пришло. Разве ты не слышишь криков чаек? Не чувствуешь запаха воды? Ты всё ещё здесь.

Лампёшка чует запах солёной воды, слышит ор птиц.

В спину ей врезаются камешки, платье мокрое насквозь. Она приоткрывает глаза и сквозь ресницы видит прямо над собой высокую серую башню – маяк, а ещё выше – облака. Она не знает, как сюда попала, но всё остальное помнит.

– Я опоздала, мама.

– Да, милая девочка. Ты опоздала.

– Папа сильно разозлился?

– Да, сильно.

– На меня.

– И на тебя тоже. И на меня. И на себя.

– Но что я могла поделать?! – кричит девочка облакам.