Параллельные

– Да я ж, Вы знаете, Алексей Алексеевич не человек науки, замялся тот…

– Я ничего сам не предпринимал и все думал, почему развитая цивилизация «параллельных» не обращает внимания на прописные истины, которые считаются у нас общезначимыми для первых контактов с межпланетной или другой цивилизацией. Я смотрел на изображение Земли или солнечной системы, равнобедренного треугольника и схему молекулы воды, или спирали ДНК, отправляемых нами и возвращенных без признаков интереса к ним.

Я имею в виду способ мышления.

Поэтому я просто сел в кресло оператора Колотура, попросил Сидоркина задать программу Колотуру на фокусировку с компенсацией аберрации моего биополя. Взял в руки уже ранее посылаемые изображения солнечной системы и доказательства теоремы Пифагора, и просто стал рассматривать сначала строение солнечной системы… А затем доказал мысленно теорему… Колотур, как может то засвидетельствовать Сидоркин, исправно передал мысль за «стену».

Вы, конечно, можете улыбаться, но я получил ответ, который между прочим зафиксировал и автомат, что теорема Пифагора имеет (с точки зрения «параллельных») некоторую инвариантность, про которую я ничего вам сказать не могу, поскольку ничего не понял. А вот схема солнечной системы вернулась в их посыле без Плутона.

– Так, так, – протакал Авкуб, отпустив, наконец, свой вихор.

– Что же мы имеем?

Они не понимают наших абстракций, им недоступны никакие относительные проекции и как они вообще разбираются с технической документацией и вообще с техникой? Что это за сверхцивилизация?

Они почему то плохо реагируют на звуковое сигнальное общение, владеют объемным голографическим изображением и, как минимум, имеют представление о структуре нашей солнечной системы, раз исправляют наши же «ошибочные» представления о ней.

Как утверждает Иван Иванович, основной тип их общения – возможно экстрасенсорный.

Кто же они такие?

Кто имеет, что сказать не сей счет?…

Авкуб окинул взглядом присутствующих:

– Да, ясно мне, что здесь дело темное…

– А можно мне? – все удивленно обернулись на лаборанта Вана Авдеева.

– Ну, давай, Ваня, не робей, мы тут не Ученый совет, заживо не съедим, – поддержал шеф.