Лед и пламень

Ураза с Бригганом, как часовые, стояли между ними и захватчиками, на всякий случай оскалив зубы.

Мейлин и Конор сердито смотрели на Абеке. Она думала, что и Роллан одарит ее таким же гневным и недоверчивым взглядом, но он, казалось, ничего не замечал и то и дело оглядывался на захватчиков.

– Мы не можем сейчас уйти, – сказал Тарик. – Пока мы будем бродить по Северу и искать Шуко, Шейн и его дружки выбьют сведения у Пии и доберутся до талисмана раньше нас.

– Значит, будем сражаться, – сказала Мейлин.

– Сомневаюсь, что мы их одолеем, – возразил Тарик.

– Я уложу Шейна, – вызвался Конор. – Даже не сомневаюсь. Прям сплю и вижу, как он на земле валяется.

– Сон вещий? – поддел его Тарик.

Конор смутился.

– Просто образно выразился. В смысле мне не ночью это снится, а я наяву в подробностях представляю. В уме.

– Короче, грезишь наяву, – подсказала Мейлин. – Ты представлял, как снова и снова лупишь его по морде.

– Ага, вроде того, – сказал Конор.

– Да, я тоже об этом мечтал, – пробормотал Роллан.

– Шейн не сделает нам ничего плохого, честное слово, – сказала Абеке. – Видите, он даже не выпустил свою росомаху. Он редко ее выпускает при встрече с нами. Верный признак того, что сражаться он не хочет.

– Ничего плохого? – переспросила Мейлин, и в ее глазах вспыхнула ярость. – Он в рядах тех, кто разрушил мой дом и повинен в смерти моего отца. Я такое не прощаю.

Абеке закрыла глаза и медленно их открыла.

– Да, это страшно, несправедливо и непростительно.

Он искренне верит, что поступает правильно, как и я когда-то.

– Он. Наш. Враг, – отчеканила Мейлин, словно объясняла это ребенку.

– Я знаю, что он на стороне врага, – сказала Абеке. – Но я верю, что однажды он увидит истинное лицо Пожирателя.

– Так, значит, ты втайне надеешься, что Шейн отречется от всего, во что верит… и полностью изменит свое мировоззрение? – подняла брови Мейлин.

– Это возможно. Все-таки со мной так и было.

– Ага, я и смотрю, как оно у тебя изменилось – чуть ли не бегом побежала обнимать этого прихвостня Пожирателя.

Абеке вздрогнула.

– Хватит, – пресек их спор Тарик, сердито нахмурившись. – Им нас не рассорить. Сперва мы их послушаем, а потом…

Внезапно раздался какой-то хруст, словно кости раздробили молотком. Абеке быстро подняла взгляд: Шейн упал на одно колено, а из носа у него хлестала кровь. Мейлин со сжатыми кулаками стояла чуть поодаль, но далековато для такого удара.