Лекарство от смерти

И вроде знал Фёдор, что зависть качество не шибко хорошее, что от него в человеке сила гнилая запреть может, а поделать с собой ничего не мог.

И вот, как-то Фёдор услыхал, как мужики Ивана обсуждали, дескать молодец какой, всё сможет, коль захочет. И услыхал, как один из мужиков добавил, что не такой Иван, как все. А особо, не такой он, как рукозадый Фёдор. И вот такая злость Фёдора взяла, такая обида, такая зависть. Захотелось ему за пояс заткнуть Ивана, дескать, чтоб тот носу своего не задирал.

Долго Фёдор думал, долго соображал, людей спрашивал.

И вот какой-то старик, что у колодца одним утром сидел и жучков прутиком гонял, натрепал с три короба, дескать, в подмастерья нужно идти Фёдору на белое поле. Вроде как раз в луну, когда луна кругла как блин, собираются там мастера и учеников себе набирают.

Что за поле такое? Фёдор о таком и не слышал. А старик посмеялся над ним, да путь указал. Вот так запросто и бесплатно. Только хихикал шибко язвой. Будто пакость затеял.

Ну, Фёдор и побрёл.

Долго искал место то, людей редких расспрашивал. Да мало кто знал. Кто-то и слышал про место такое, да дорогу указать не мог. Спасибо мужику одному, которого Извозчиком кличут, что телегой огромной управляет, в которую малый порося запряжён. Довёз Фёдора аккурат к месту.

* * *

– Стой, стой, стой, – встрепенулся Акакий. – Я знаю этого Извозчика. Он то меня и подвёз к вашему хутору. Всё как есть, как сказал, было. И телега огромная, и порося малый. Только вот, может мне и причудилось, а может приснилось, будто порося тот вовсе не порося, а тварь прожорливая.

– Да? Да нееее… – протянул старик. – Приснилось. Обычный порося малый, Буйкой кличут.

– А коль обычный, как он телегу такую тянет? – настаивал барин.

– Может специальная то телега? Самоходная. Говорят, по Княжескому тракту такие бегают. Огромная, железная и никем не запряжена. А порося этот больше так, чтоб людей глупых смущать. Ты, дальше послушай.

Старик принялся рассказывать, а Акакий, уже изрядно захмелев, прикрыл глаза.

Слова старика мягко убаюкивали, но барин не просто засыпал. Он будто видел во сне всё, о чём толковал дед.

* * *

Вот пришёл Фёдор на ту белую поляну. Она и правда белая. А всё от того, что цветами белыми, что на чёрных стебельках, вся заросшая.

День ждал, два, три. На четвёртую ночь спать ложиться не стал, потому как полнолуние настало.

Глядь, а отовсюду народ собирается.