Лекарство от смерти

Да так, что застывшая рвота начала кусками отпадать. – Хот один такой дурак среди нас найдётся? Ну? Может я Трифона встретил и по глупости пригласил? Может ты? Может он? Или он? – заросший тыкал пальцем во всех подряд и невольно указав на Акакия замер. – А ты вообще кто такой будешь?

Народ мигом протрезвел, осознав, что в хате чужак. Страшные, опухшие, едва соображающие мужики окружили перепуганного барина. Тому ничего и не оставалось, как рассказать о своём неудачном путешествии, о том, как его ограбили. Дошёл он и до момента встречи с Трифон, в подробностях описав старика.

– Вот же скотина, – рявкнул заросший. – Всё ж бродячим стал. Всё ж слухи не врут. Это же какой тварью нужно быть, чтоб после смерти к Кондратию не податься, а остаться, разум сохранить, по округе бродить и в дома проникая у честных людей выпивку, всю до капли, выпивать. Вот что ему, дохлому, спокойно не живётся?

– Да как же житься то ему спокойно будет, коль дохлый? – потирая раскалывающуюся голову промямлил какой-то лысый мужик.

Слова его звучали так, будто он набил рот кашей, а в язык его укусило, по меньшей мере, пяток пчёл. – Посмотрю я на тебя, как ты спокойно жить дохлым будешь.

– А мне то что? – удивился бородатый. – Ну да, я тоже выпиваю. Но это не значит, что настолько я дело это люблю, что после смерти обернусь бродячим и как умалишённый по округе бегать начну и выпивку тырить.

– А кто про выпивку то говорит? – усмехнулся лысый. – Я думаю, Трифон не от того все кувшины и бутылки осушает, что при жизни выпить любил.

А от того, что от выпивки помер. Как знать, может в этом его сожаление и нагнило, и теперь он выпивает всё, что найдёт, чтоб мы с вами лишнего не перебрали и не окочурились.

– Ну? Я то тут каким боком? Рядом с вами я вовсе непьющий. Потому как, много выпивки злую шутку с силой мужской сыграть может. – гордо вздёрнув голову изрёк бородатый.

– Так вот и о том я, о силе мужской.

– А что с ней?

– Да шибко ты на ней внимателен. Только о том и думаешь, как какую бабу на сеновале потетерить.

А ну вдруг ты от этого самого через это самое место и помрёшь, вот как Феофий из деревни, что у Жабьего пруда. Помнишь такого? В том годе хоронили. Прям на бабе умер, перенапрягся.

– Ну умер. Хотя вот то, что перенапрягся, не обязательно и правда. Мне говорили, что бабка Тура ведовством там промышляет, и порчу на него наслала, за то, что он за ней подглядывал. Или курицу он у неё украл… Не помню уже.