Лесная фея, или Новые приключения кикиморы Светки Пипеткиной

– Так что с тобой произошло? – прерывая затянувшуюся паузу, спросил Круглов.

– Ногу подвернула, – стараясь предать голосу нужную интонацию, всхлипнула Октония. – Встать не могу.

– Я помогу. Только далеко по кочкам мы все равно не упрыгаем. Давай Пипеткину позову. Она что-нибудь придумает. Из магического.

– Какую еще Пипеткину? – ахнула Октония. Никакие Пипеткины в их с Еймой планы не входили. К тому же она чувствовала приближение Еймы с Угнеей.

– Да! Ты ведь не в курсе! Так Угнею среди людей зовут. Светка Пипеткина.

– Глупо.

– Неважно. Мне нравится… Так что с твоей ногой делать?

– Есть один простой способ. Магический… Только… захочешь ли ты мне… помочь?

– Я же сказал, что помогу. Говори, что нужно делать.

– Нет, тебе не понравится… Хотя… он в ваших человеческих сказках очень даже в ходу, – она тянула время, как могла.

– Ты говори. Какой смысл гадать, захочу я или не захочу. И вообще, Октония, ты собираешься подняться на ноги и самостоятельно отправиться домой?

– Что за вопрос! Не просто собираюсь – мечтаю! Но этот способ, он…

– Да не тяни уже.

Я все сделаю, что нужно.

В соседних кустах треснула веточка. Теперь нужно было поторапливаться.

– Заклятие. Есть такое простейшее старинное заклятие. Если парень обнимет девушку и поцелует ее, то вывих вправится сам собой. И боль мгновенно пройдет.

– Чушь какая! – покраснев, фыркнул Антон. Целоваться с незнакомой девчонкой ему не хотелось.

– Я же говорила, что ты не согласишься! – Октония захныкала, быстро набирая обороты.

 – Помнишь сказку про мертвую царевну? Там человеку жизнь вернули, а ты боишься из-за какой-то ноги поцеловаться… Тоже мне…

Расстраиваться было из-за чего. То, чего не видел Антон, видела она: Ейма с Угнеей уже стояли на краю поляны, скрытые большим кустом бузины. Правда, они не могли слышать их разговор, но видели все.

– Ладно, давай щеку.

– Нет, ты должен еще слова произнести. Громко.

– Какие слова?

– «Ты любима и всегда любимой будешь».

– Бред. Я что, в любви тебе объясняюсь или ногу лечу?

– Ногу.

Но я же не виновата, что у старинного заклятия такая формула. Впрочем…

– Хорошо… надо же… вот чушь… в общем… – Антон набрал побольше воздуха и, мотнув головой, крикнул: – Ты любима и всегда любимой будешь!

Потом нагнулся и чмокнул Октонию в вовремя подставленную щеку. Она потянулась, обвила руками его плечи, прижалась на мгновение, но, почувствовав сопротивление, отстранилась. Дело было сделано. Кикимора быстро вскочила.