Хозяйка дома у озера

Матвей не помнил, сколько он выпил, не помнил, как добрался до спальни и как рухнул на постель прямо в одежде. Но помнил, что когда закрывал глаза, ему показалось… или не показалось, что в комнате кто-то есть. Странная фигура появилась рядом с кроватью. По очертаниям женская, хотя и немного нечеткая, ему все сейчас виделось немного смазанным. Мужчина многозначительно хмыкнул, ибо никаких женщин тут быть не могло. Он в доме один. И он запер дверь. Матвей помнил это совершенно четко. Он приподнялся, пытаясь дотронуться, даже схватить видение за край светлого платья, но рука беспрепятственно прошла насквозь.

Мужчина тряхнул головой и поднял взгляд. Точно женщина, даже молодая девушка, вон как презрительно морщит носик, глядя на бокал с остатками виски, что он поставил на край комода. Настолько «на край», что, казалось, дунь, и он упадет.

– Какие, однако, занимательные у меня глюки, – пробормотал он. – От переизбытка свежего воздуха не иначе.

Девушка обернулась к окну. По стеклу расплывались первые крупные капли начинающегося дождя.

Гладкая поверхность озера подернулась рябью. А потом видение исчезло, рассеялось, как рассеивается туман поутру. Спустя несколько секунд Матвей уже спал, и ничто в ту ночь не нарушало его покой.

2. Ее дом

Ей дом всегда нравился, более того, она любила его. Любила его серые стены, любила играть на плитках террасы и ловить солнечных зайчиков, что разбегались по полу, когда утреннее солнце заглядывало сквозь цветные витражи.

Тех витражей давно уже нет.

Все изменилось. Время неслось вперед, как локомотив поезда, оставляя после себя лишь сизые клубы дыма. Шелк на стенах выцвел, его заменили бумагой, но выцвела и она. Плитки потрескались. Осыпалась черепица, на которой было так приятно сидеть летними вечерами и наблюдать, как аист вьет гнездо и выводит птенцов. Птенцы улетели, а привычка осталась.

В ее доме то и дело стали появляться гости. Они были шумными и надоедливыми, беспардонными и понятия не имеющими о манерах.

Они позволяли себе выходить к завтраку в неглиже, они бегали друг к другу в спальни и рылись в чужих шкафах.

Один раз она наблюдала, как черноволосый рабочий, чистивший каминную трубу, вдруг стал простукивать половицы. Ей даже стало любопытно, что он там ищет, и присев рядом, она поинтересовалась:

– Помочь? – и протянула ломик.

Но парень вместо того, чтобы сказать «спасибо», с криком выпрыгнул наружу, по пути снеся окно и последний витраж.