Хозяйка дома у озера

Правильное объяснение, а не то, которое заставляет людей усомниться в собственном здравомыслии. – Ты налил мне выпить, а сам… сам не отпил ни капли, урод! – Гость просто взвыл и стал яростно протискиваться к двери. – Я выйду отсюда, а потом напишу заявление в полицию, мало тебе одного дела? Будет еще.

– Выйдите? – спросила Настя. – А как вы выйдите, если здесь нет двери?

Андрей в панике повернулся к двери. К тому месту, где раньше она находилась. Дверь через которую он совсем недавно вошел в этот дом. Сейчас на этом месте была ровная стена, обклеенная все теми же бордовыми обоями

– Но… но… ахррр, – гость начал что-то говорить, но вместо слов получались лишь сдавленные звуки.

Он давно уже бросил портфель и теперь судорожно шарил по карманам костюма, который потерял всю презентабельность, вместе с уверенностью хозяина, в поисках телефона. Нашел и даже попытался потыкать пальцем в экран. Волшебная шкатулка услужливо замигала, но, вот беда – кручинушка, связи не было.

Андрей взвыл как-то уж совсем отчаянно, отбросил телефон и снова стал шарить руками по стене, как слепой.

И как бесноватый повторял:

– Я выберусь, я выберусь…

– Отпусти его, – услышала Настя голос Матвея, но не сочла нужным даже поворачиваться. Она и так знала, что мужчина стоит позади нее. Знала, что он смотрит на ее прозрачный силуэт. Знала и улавливала волны страха, что исходили от него. Они были похожи на щекотку.

– Это все не по-настоящему, он опоил меня…

– Он не умеет просить, – добавил Матвей. – А я вполне.

Отпусти его, прошу.

– И это после всего, что он здесь устроил? – насмешливо спросила она. – Разве тебе не хочется отыграться?

– Нет. Мне не доставляют удовольствия чужие страдания. А тебе? – в свою очередь спросил мужчина и, кажется, придвинулся еще ближе. Настя знала, что если повернет голову, то встретиться с ним взглядом, чувствовала на шее его дыхание, похожее на прикосновение невесомых крыльев бабочки в теплую ночь… Здрасти, приехали! Какое дыхание? Она же утратила плоть и кровь давным-давно, и пусть могла на краткое время возвращать себе былую телесность, сейчас Настя была полупрозрачна, сейчас ее платье не смог поколебать и ураган.

А вот его дыхание смогло.

– Отпусти, – по-своему расценил ее молчание Матвей. – И считай, я твой должник.

Должников у нее никогда не было, да и что может предложить живой мертвому?

Настя в раздражении дернула плечом. И рука Андрея, все еще продолжавшего ползать у двери, вдруг провалилась в пустоту.