Летающий остров и Северная земля. Необычайное путешествие на воздушном шаре

Чем он так прославился? Дрессированный?

Дед засмеялся.

– Обычный, дикий. В трудные времена мясо тюленей, его жир и шкуры шли в пищу, использовались в медицине и даже для смазки механизмов.

А скажи-ка мне лучше, ты сказки Степана Писахова читала? Про морожены песни, медведей, торгующих семечками на ярмарке, Перепелиху, которая своим криком в муже дыру проорала? Или про то, как баня Сени Малины по морю на рыбалку ходила: рыбы, мол, народ любопытный, им всё надо знать, а в бане новости завсегда самы свежи, самы новы.

Рыбы к бане со всех сторон торопились. А мы промышлям… – дед легко перешёл на старинный окающий северный говор, цитируя сказку почти наизусть. – Знала, что он работал учителем рисования в школе? Ты же, вроде, любишь рисовать. Кстати, взяла с собой блокнот?

– Конечно! – Аля вытащила из-за пазухи и помахала розовой книжечкой с плотными листами и небольшим пеналом с линером, акварельными карандашами и кисточкой. – Походный вариант! Для зарисовки нашего путешествия.

А по сказкам Писахова я мультики видела смешные! Вот бы и мне такую фантазию! А то я даже обманывать толком не умею…

Так и болтали обо всём на свете дедушка и внучка до самого вечера, пока не заметили, что погода портится. Ветер посвежел, собрались тучи, началась качка.

– Надо бы пристать, – рассуждал штурман. – Но тогда мы потеряем уйму времени.

– Не надо, дедушка! – взмолилась Аля. – У тебя всё получится!

– Спускайся-ка в кубрик, – дед покрепче натянул свою старую морскую фуражку.

Яхта рвалась сквозь непогоду вперёд, то взлетая на гребень волны, то зарываясь носом в воду. Дождь хлестал штурмана по щекам, но тот только озорно щурился, глядя куда-то вдаль. Алю укачивало. Она легла на спальное место, укрылась старым дедовым бушлатом и закрыла глаза. Ей мерещился одиноко плывущий над непогодой остров, чёрноволосая девочка, глядящая на льющиеся вниз потоки воды. Под шум непогоды Аля уснула.

Проснулась она оттого, что лучик утреннего солнца прыгнул через окно-иллюминатор на её пушистые ресницы и затрепетал.

Аля села, отбросила бушлат, посмотрела на выход из каюты – он был открыт.

– Дедушка! – девочка выбралась на палубу яхты. – Какое солнце! И не подумаешь, что всю ночь лютовал шторм.

– Разве это шторм, – устало усмехнулся бывалый моряк, отдыхавший на корме. – Так. Лёгкий шквал. Я, пожалуй, пойду сосну часок. Далеко вперёд мы забежали с попутным-то ветром.

Дедушка ушёл в кубрик.