Лети, лети художник

 – По мнению Солнцева, это было совершенно несущественно перед лицом эксперимента.

– Нарисуй Мартушечку, – подобралась к Илье Света Калинкина, протягивая смартфон. С экрана на Егорова смотрел любимый котик девочки – раскормленное усатое чудовище серо-коричневого цвета. Илья заподозрил, что Света к науке равнодушна, просто ей захотелось иметь портрет питомца. Но не отказывать же?

– Давай, «пикассо», – хлопнул товарища по плечу Ромка, вспомнив, как того назвала Оливия.

Егоров вздохнул и перевернул страницу скетчбука.

Спустя пятнадцать минут портрет Мартына был изображён во всю усатую морду. Однако никто не исчез. Илья ещё раз вздохнул, вырвал рисунок из альбомчика и вручил его счастливой Светлане. Прозвенел звонок, закончилась перемена, и в класс зашла молодая и позитивная «русичка» Ольга Михайловна.

До конца дня больше не было никаких происшествий. И тема сама собой оказалась закрытой. О чём говорить, если Егоров сам ничего не понял?

– Ты на хату? – спросил Ромка после последнего урока, увидев, что Илья уже собрался.

– К матери на работу заскочу, обещал. Потом домой.

– Зайду через пару-тройку часов, вместе аниме посмотрим?

– Не нужно, Ром, я занят буду. Завтра в школе увидимся.

На самом деле Илья не знал, чем точно займётся, ему просто хотелось побыть одному. Странное происшествие не выходило из головы. Как, скажите, ему удалось переместиться? Нет, он бы, может, всё списал на фантазию, но ведь каждый в классе заметил его исчезновение.

Оливия даже директрису притащила. Внезапно родилась здравая мысль. Вот что он дома делать будет – нарисует по памяти то, что успел увидеть в том странном месте! Повеселев, мальчик прибавил шаг, а выйдя из здания, почти побежал, желая поскорее разобраться с поручениями.

Глава 4. Где летают виманы?

Выполнив всё, о чём просила мама, Илья наконец оказался свободен. Конечно, нужно было ещё сделать уроки, но этим можно и потом заняться.

Сейчас рисунки важнее.

– Здравствуйте, баба Шура! – У самого дома столкнулся мальчик с пожилой соседкой и, не дожидаясь ответа, исчез в подъезде.

– Хоть поздоровался, – пробурчала та вслед и, отойдя в сторону, принялась крошить хлеб голубям.

Мысли Ильи сейчас находились слишком далеко, чтоб обращать внимание на окружающих, и, если бы он вдруг услышал беззлобное ворчание пенсионерки, очень бы удивился.