Лето на Цеоде

Ин кивнула и поднялась к себе в комнату. Сев на кровать, оглядела плечо: никаких следов ожога не наблюдалось. Девочка подошла к окну и посмотрела на залитую щедрым золотым солнцем поляну у дома. Две каменные фигуры все так же стояли у крыльца, грозно посматривая застывшими глазами-рубинами в глубину леса.

Она подошла к тумбочке у кровати и достала из ящика большую тяжелую шкатулку, на которой был изображен цветной эмалью горный пейзаж. Ин открыла ее и задумалась. Шкатулка была разделена на отсеки, где покоились камни и минералы всевозможных цветов и форм – горные породы Цеоды.

Глубокий вдох, медленный выдох.

Ин закрыла глаза. Главное – сосредоточиться…

Она представила себе высокую гору с покрытой льдом острой зазубренной вершиной. Ощутила ее: каждый камушек, каждую песчинку.

Ин медленно подняла руку.

Гора… Годы проходят – камни осыпаются. Годы проходят – снова поднимаются ввысь.

Девочка открыла глаза и гордо улыбнулась. Гранит парил в воздухе.

– Следующий камень – базальт, – прошептала Ин и потянулась к шкатулке.

* * *

После ужина она пожелала отцу спокойной ночи.

– Постой, – сказал он, – сколько камней подняла?

– Два базальта… – начала перечислять Ин, – три гранита, три мрамора и один церуссит.

Отец одобрительно покивал, а потом хмыкнул:

– А танталит?

– Не смогла, – Ин покачала головой, – он… упрямый.

Отец задумчиво потеребил бороду и снова кивнул:

– Ну, тренируйся!

– Хорошо, папа.

– Ступай, – улыбнулся отец.

Она встала из-за стола и зашагала к лестнице. Из-за спины услышала:

– Лови!

Она обернулась и вскрикнула. Отец кинул в нее булыжник болотно-голубого цвета. Ин инстинктивно вытянула руку вперед и что-то быстро прошептала. Камень в то же мгновение остановился, повиснув в десяти сантиметрах от ее руки. Секунда – и камень стал наливаться красным.

Камень шумно лопнул, разлетевшись осколками и бесцветной трухой. Повисла очень долгая, в каком-то смысле накаленная пауза.

– Ты чего? – наконец произнесла она. – А если бы попал?!

Отец медленно подошел к дочери.

– Я не хотел сделать тебе ничего плохого, – начал он. – Когда ты сказала, что не в силах удержать в воздухе танталит, я решил тебя проверить – вот и все. Ты зря испугалась.