Возмездие

А может, просто интуиция сработала. Какая разница, если действительно пора».

Аудиенция была не долгой. Выслушав план, Гасдрубал одобрил его.

– Пожалуй, море единственный выход в этом случае, если у тебя получиться вскарабкаться подобно кошкам на стену города, – кивнул он, слегка поразмыслив, – тем более, что известные нам подземные ходы завалены.

– Здесь есть подземные ходы? – вырвалось у изумленного Чайки.

– Были, – подтвердил Гасдрубал, – но сенаторы не хуже меня осведомлены о них. Поэтому, как только мы стали врагами, ходы засыпали.

Они ведь знали, что я могу ими воспользоваться.

«А подземный ход прекрасно решил бы задачу, – слегка расстроился Федор, пораженный неожиданной новостью о самом существовании подземных проходов, – не надо было бы огород со скалолазанием городить. Но, видать, не судьба. Придется опять ощутить себя первым альпинистом».

– Возьми это, – Гасдрубал протянул Федору монету.

Чайка взял из его рук «золотого слона» и, приблизив к неяркому пламени свечи, рассмотрел три ровных зазубрины на краю монеты и одну аккуратно просверленную у самого хобота дырочку.

Гасдрубал тем временем развернул подробную карту Карфагена и указал Чайке квартал неподалеку от Бирсы и форума.

– Если… – Гасдрубал слегка поперхнулся и продолжил, – Когда проберешься в Карфаген, разыщешь в квартале у монетного двора особняк менялы по имени Шагар. Покажешь ему это. Он сможет передать мне все, что ты ему сообщишь.

Гасдрубал оторвал взгляд от карты и вперил его в Чайку.

– Ну, а если тебя схватят. Ты не должен выдать сенату, кому и зачем предназначалась монета…

– Меня не схватят, – осмелился перебить его Федор, – во всяком случае, живым. А мертвые не слишком много говорят.

Глава четвертая

«Малая Скифия»

Поймав парусом ветер, «Узунлар» быстро разогнался до приличной скорости. Квинкерема скифов «выдавала» сейчас, по мнению адмирала, все четыре узла, несмотря на незначительные повреждения. Берег приближался, но еще раньше стали различимы неизвестные цели на воде.

Ларин вглядывался в их очертания своим орлиным взором, стараясь поскорее понять, к чему готовиться, – то ли к новому сражению, то ли просто к дружеской встрече. После десяти минут наблюдений, за которые «Узунлар» еще ближе подошел к берегу, Ларин понял, что придется делать и то и другое. Дальняя от него группа кораблей, что держалась вместе, была явно скифской. Пять потрепанных триер и две квинкеремы.