Летопись Океана

Голос прозвучал низко и хрипло.

– Был в гостевом шкафчике. Выпей, сразу взбодришься, – предложила Аврора. – И посмотри там, может, ещё что-то захочешь. Мы ели бананы.

Макс прошлёпал в ванную, почистил зубы, умылся и вернулся на кухню. Терций сидел на высоком табурете, болтал ногой и прихлёбывал из чашки шоколад. Аврора показала на нужный шкафчик, и Макс, порывшись в нём, тоже выбрал себе на завтрак спелый банан. Сочетание банана и шоколада всегда ему нравилось.

Поев, троица отправилась дальше.

Едва они вышли за порог, раздался звонкий девчачий голос:

– Так и знала, что вы тут!

Изумруд помахала им рукой и подбежала ближе.

– Хочу с вами. Возьмите меня с собой! – с мольбой прижала она руки к груди, глядя на Аврору. – Я тоже хочу!

– Хочешь в гости к Сириусу? – усмехнулся Терций. – Неужели он тебя, бедняжку не приглашает?

– Дурак ты, Терций, – заявила Изумруд, ничуть не смутившись. – Ну что, можно? – снова обратилась она к Авроре.

– Почему бы и нет, – ответила та, улыбнувшись, потому что отказать было бы совсем невежливо, и они обе это знали.

– Ура! Ура-ура! – Изумруд явно обрадовалась. – Тогда идём!

– Ну вот, – проворчал Терций.

А Макс почему-то тоже обрадовался. Жизнерадостная Изумруд ему нравилась, да и смотреть на неё было приятно. Макс решил, когда вернётся домой, тоже будет носить всё одного цвета. Возможно, даже изумрудного.

Глава 9. Граф Сириус

– Так значит, граф, к которому мы идём, – брат Авроры, Сириус? – уточнил Макс.

Они прошли уже минут сорок, разбившись на дорожке на пары (Аврора и Терций, Изумруд и Макс), и дошли до высоченной зелёной живой изгороди, такой высокой, словно живущий за ней не хотел, чтобы его увидел хоть кто-нибудь. Даже крыши дома не было видно из-за этого кустистого плотного зелёного забора. Вокруг росли огромные кусты, но без цветков, просто строгие, тёмно-зелёные необъятные островки. Аврора с Терцием попросили Макса с Изумруд подождать и скрылись за кустами.

Макс, воспользовавшись возможностью, тут же начал допрос Изумруд. Всё то время, что они шли, он держал в себе первый вопрос, почему-то не хотел задавать его при Авроре. Теперь, наконец, он смог его озвучить.

– Ага. Юный граф, прекрасный и величественный, – мечтательно протянула Изумруд. – Аврора у нас знатной крови, – сообщила она. – Графиня – её мать. Титул и трон мог быть её по наследству.