Летучий корабль

А может, она и права, что разобиделась на меня, я не был с ней достаточно учтив?

– Смотри, царевич, твоя воля.

– Пойдем-ка лучше вперёд, тяжело учиться прощать, да надо.

Так они пошли дальше искать ненаглядную Красаву-Красу Золотую косу. Ворон по небу летит, а царевич на верном Огоньке скачет, о будущей невесте грезит.

– Ворон, как ты думаешь, Красава-Краса лучше, чем девицы в царстве моего батюшки?

– Изволь, коль такая слава о ней летит во все концы земли, видно, царевна и вправду пригожа!

– Думаешь, она самая прекрасная на земле?

– Пожалуй, даже просто находиться неподалеку от неё и есть рай на земле.

Вот и летят женихи, точно пчёлы на мёд.

– Может, красота – это и есть счастье?

– Вероятно. Скоро всё узнаем, царевич.

Вот так, не быстро – не долго, пройдя горы и леса, переправившись через реки и миновав топкие болота, очутились царевич Елисей и Чёрный Ворон у блестящих золотом ворот неведомого Дивного града.

* * *

В те времена правил в далёком подзакатном государстве царь Януш.

Жена его давно скончалась, и он один растил двух дочерей. Во дворце с отцом жила старшая и ненаглядная дочка Красава-Краса Золотая коса. Младшая и непутёвая Божена сгинула неизвестно где несколько месяцев назад, и близкие не знали, что и думать, и где её разыскивать.

Стража впустила царевича в город, и он отправился на окраину, на постоялый двор. А ворон над городом кружит.

– Для чего в наши края пожаловал, витязь? – спросил его хозяин, – неужто для того, чтобы кудрявую голову оставить на плахе?

– Хочется хоть одним глазком взглянуть на царскую дочь, да, быть может, всё же изведать свою судьбину.

– Посмотреть-то на нашу Красаву?

– Да, о ней слава идёт по всем окрестным землям, мол, нет в мире прекрасней девицы.

– Послушай старика, не ходи, парень, третьего дня останавливался у меня боярский сынок, тоже собирался «только глянуть». Да она ему ещё улыбнулась, к себе подозвала, что-то нашептала.

Он и влюбился по уши в царевну…

– И где же он, не подскажете? Мне бы с ним потолковать…

– Запоздал ты. Нынче наш палач опять без дела не сидел, а трудился.

– Жалко парня.

– Жаль и мне, а ведь у царя была ещё младшая дочка, умница-разумница. Зовут Божена, сама воробья не обидит, да вот, прямо напасть какая-то обрушилась на наш царский род, ведь бедняжка куда-то как сквозь землю провалилась.