Лжедмитрий Второй, настоящий

Так Федор Иванович Мстиславский (по научению Василия Ивановича Шуйского) и решил поступить.

* * *

Борис Федорович работал в своих палатах в Кремле. Дворецкий Григорий Васильевич Годунов принес ему ящичек с вновь поступившими бумагами.

– Как там война закончилась между Трубецкими и Голицыными? – спросил Годунов.

– Порешили в пользу Тимофея Романовича. Трубецкие по старым книгам попервее будут.

– Бог ему в помощь. Хоть глуп, но не зол.

Годунов посмотрел на письма в ящичке:

– Что здесь в первую очередь читать?

– Есть одно письмо очень серьезное.

– Это? – спросил Годунов, глядя на запечатанное в кожаный чехол, все залитое печатями послание английской королевы Елизаветы Гастингс.

Годунов, даже минуя Федора, поддерживал сношения с королевой, как и «английский царь» Грозный. Но не на тот предмет, чтобы смыться в Англию, как собирался это сделать Иоанн Васильевич, а на предмет получения льгот для купцов российских и личного врача для самого себя.

– Нет, не это, – ответил Григорий Годунов.

 – Есть более серьезное послание. Очень серьезное, если это не ловушка. Впрочем, прислал человек надежный – Лука Паули.

– Который при Варко?че?

– Он самый.

– Читай.

У Годунова была странная привычка: он любил воспринимать бумаги на слух. Только самые опасные бумаги, бумаги первейшей важности, он читал сам. Поэтому и ползла о нем молва в народе, что правитель-де неграмотный, не книгочей.

Дворецкий начал читать письмо:

– «11-е декабря 1593 г.

Борису Федоровичу Годунову лично в руки.

По прочтению, в ноги кланяюсь, сжечь.

А был у нас два дня назад человек важный, посещал цесарского посла. Передавал подарки государевы для кесаря. Все письма передал, все поручения. Потом завел разговор секретный. Что царь Федор здоровья хлипкого. Дочка его Феодосия тоже еле жива.

И что надо думать о наследнике московского престола. Хорошо бы прислать сюда мальчика лет четырнадцати царской крови, чтобы его усыновить семьей государевой. И что по смерти царя Федора есть возможность возвести его на престол московский.

Посол этим делом очень заинтересовался и обещал все в точности передать кесарю Рудольфу».

– Все? – спросил Годунов.

– Все, Борис. Письмо сжигать?

– Ни в коем случае. Этим письмом мы не одного Щелкалова-старшего накроем. Еще кое-кто посыпется поинтереснее. Вот уж измена так измена! При живом государе на его престол наследника подбирают!

– Значит, Андрея Щелкалова будем брать.

– Подождем.