Лжедмитрий Второй, настоящий

Поэтому все решили пойти. Взрослые решили взять с собой детей для убедительности.

Впереди несли икону Владимирской Божией Матери. За ней с песнопениями, с молитвами шел патриарх с митрополитами и многое белое духовенство. За священничеством в толпе шли сановитые бояре, дети боярские, дворяне, важные горожане, стрельцы в городской одежде и простой люд.

Народу было много, целое людское море. И людские потоки в это море вливались и вливались.

Никогда еще москвичи не были так объединены одним желанием.

Никогда еще не были так близки между собой люди всех сословий.

Но по всему было видно, что главной действующей силой в этом потоке являлось духовенство.

Годунов вышел навстречу шествию из монастыря не один, тоже с духовенством и тоже с иконой – Смоленской Божией Матери.

– Государь мой, патриарх Иов! Зачем ты на такое серьезное дело меня сподвигаешь?

Иов, уже разозленный многодневной кампанией, сказал при всех:

– Да затем, Борис, что, кроме тебя, никому это дело не под силу.

Иначе море крови прольется допреж того, как порядок установится.

А люди окружили Новодевичий монастырь широким потоком и вразноголосицу вопили:

– Благочестивая царица! Помилуй нас!

– Дай нам на царство своего брата!

– Помилосердствуй о нас!

– Пощади нас!

Люди лезли на деревья, пытались влезть на башни и стены. Одного мальца, припирая шестом к стене, подняли наверх к зубцам стены, находящимся у окон царицы. И он вопил там каким-то неестественно сильным голосом:

– Пощади нас, царица! Пощади нас, царица!

Служащие монастыря не спихивали его наземь.

Это наводило на размышления. Потому что при всей беспорядочности и непонятности жизни тех дней царская охрана работала исправно и четко.

Борис и патриарх Иов вошли в монастырь и прошли в палаты царицы. Они пробыли там около часа.

Слегка усилился мороз. Чуть-чуть начали вытекать ручейки из людского моря, окружавшего монастырь. Шум голосов затихал.

Вот наконец, на радость огромного количества людей, от Красного крыльца палат царицы к окраинам людского моря побежала радостная весть:

– Согласился!

– Согласился!

– Борис Федорович дал согласие!

– Слава тебе, Господи, Царица Небесная!

* * *

Судьба Годунова как-то так складывалась, что события никогда не приходили к нему поодиночке.

Но его незакованное мышление всегда позволяло ему из двух бед извлечь хотя бы одну выгоду.

Так и в этот раз пришла весть: Орда вышла из Крыма.