Лис, два мира, полвампира

Яркая масса от тыканья начинала неаппетитно дрожать. Желе было розовым и блестящим, а когда успокаивалось, в нем виднелось отражение самого Лиса. Розовые глаза вместо синих, розовые волосы вместо светлых, почти белых. Не человек, а малышковый пупс.

Даже в такой мелочи мама умудрилась его подвести. Ну кто, скажите, заказывает на тринадцатилетие сына такое безобразное желе? Он что, девчонка, чтобы радоваться розовому цвету? Повезло, что на празднике одни мамины подруги. К самому Лису так никто и не пришел.

Нет у него друзей. И некому сейчас посмеяться над этими стеклянными посудинами, в которых трясется десерт девчачьего цвета.

– Не имеете права! – закричал женский голос возле кассы. – Я такой же посетитель, как и все!

Ага, Госпожа Скунс пожаловала, понял Лис. И в этот раз нарвалась на здешнего хозяина.

В кафе под названием «Клевер» Лис по праву считался постоянным клиентом. Пока его отец руководил строительной фирмой, а мама занималась выпуском журнала этой фирмы, мальчик ходил сюда обедать.

Днем у них дома в холодильнике почти всегда было пусто, а в самой квартире – гулко и неуютно. Родители давали ему деньги на обед, и он шел в кафе подпирать стену в одиночестве.

Занимал наблюдательный пункт в дальнем углу, откуда открывался отличный вид на все помещение. По целому часу совал в рот ложки с борщом и не помнил его вкуса. Зато постоянно пялился на других посетителей. Присматривался, учился различать мелочи и составлять психологические портреты.

С тех пор как Лис посмотрел сериал «Шерлок», он утратил покой. Приключения детектива очаровали мальчика настолько, что захотелось самому стать не хуже. Жаль только, никакого доктора Ватсона в помощниках не предвиделось. Да и с загадочными происшествиями, которые можно было бы расследовать, в их маленьком городке тоже напряженка.

«Госпожой Скунс» Лис придумал называть еще одного частого гостя кафе. Седая и сморщенная старуха обычно приходила в «Клевер» одновременно с ним.

Всегда выглядела отвратительно грязной. Пахла потом, немытым телом и школьным туалетом. А еще заставляла кассиров трястись от злости, когда расплачивалась мелочью, после которой на стойке оставалась кучка земли или песка.

– Снова на паперти стояла, что ли? – громыхал сейчас над Госпожой Скунс хозяин заведения. Ярко-красная футболка обтягивала большое пузцо, а по груди шла надпись: «Самый вежливый из людей». – Забирай свою мелочь.