Двенадцать ночей

– Боюсь, все разъехались по домам, миссис… – Дежурный умолк, и Кэй увидела, как он выгнул кустистую левую бровь, ожидая, что ее мама назовет себя.

– Клэр. – Потому что она не взяла папину фамилию, подумала Кэй. Она не «миссис такая-то». – Клэр Тойна.

– Поверьте, миссис Тойна, я не сказки вам рассказываю. Боюсь, повторяю, что все разъехались. Здесь только две машины: моя и старого профессора Джексона, он умер в прошлый вторник, упокой Господи его душу; я обошел все корпуса, всюду запер, все закрыто, как положено, свет погашен, и даже мышка не проберется.

Легонько притронувшись к маминой руке, Кэй почувствовала, что ее рука напряжена.

– Я вам верю, – сказала мама, – но он отправился сегодня на работу, это совершенно точно, поэтому мне все равно надо пойти и посмотреть.

– Как, вы сказали, его фамилия? Д’Ос?

Голос привратника звучал мягко, но настойчиво – чем-то он напоминал воркование лесного голубя. Старик переминался на скованных ногах для равновесия. На мгновение Кэй показалось, что левый ус у него чуть приподнялся в улыбке, но затем она передумала.

Или, может быть, улыбка пропала.

– Д’Ос. Доктор Д’Ос. Имя – Эдвард. Он научный сотрудник в Сент-Николас. Д’Ос. Занимается проектом «Фрагменты».

– На проекты, честно говоря, у меня памяти нет, – сказал старик. – Одни открываются, другие закрываются… Но людей-то в голове держу, и доктора Д’Оса что-то не припоминаю. – Он коротко вдохнул воздух, поднял ладони к лицу и сильно подул на кончики пальцев, пытаясь их согреть.

 – Впрочем, я тут кто? Всего-навсего ночной дежурный.

– Нет, вы наверняка его видели, – возразила мама Кэй. – Он тут почти каждый вечер. И ночами сидит.

Привратник сказал ей, что у него в комнате есть телефон и список сотрудников, так что он может позвонить ее мужу в кабинет и тем самым сэкономить ей время. Она запротестовала было, но он уже повернулся и, прихрамывая, двинулся обратно в сторожку. Чуть постояв, они потянулись следом. Кэй взяла маму за руку, мамина ладонь была холодная, но что в этом странного посреди зимы? Они стали ждать у входа в крохотную сторожку – по сути это была застроенная ниша между двумя выступами старого археологического корпуса: кирпичная стенка, односкатная крыша, приятное круглое окошко.

К стеклу были приклеены серебряные звездочки, и Элл, показав на них, стала рассказывать, какую рождественскую карточку она сделала в школе с такими же звездочками и с блестками.