Стук из иного мира

В дупле они оставляли друг другу записки от магов, которые обещали тайную мудрость при полном погружении в загадки картин старинных художников (как правило, выбирались те, чьи репродукции были в книге Сонни «1000 лучших шедевров Лувра»), легенд о пиратах (сайт corsaresbay.com), карт Таро, переплетения ниток и набора бусин. Сонни получал послания от мага Тристиса, Рич – от таинственного Флейтиста. Их игра, растянувшаяся на всё лето, воплощала тот самый неповторимый дух детства, праздности и предощущения приключений, который мерещится взрослым в их собственном идеализированном детстве, больше составленном из книг о Томе Сойере и идеализированных мечтаний, чем из реальных впечатлений.

– Странно всё это, – повторил Сонни, – тот, кто стал бы прикалываться, выстебал бы наши записки. А записка вообще ни о чём. Может, кому-то действительно плохо?

– А тогда какого чёрта он обратился за помощью к нам? – Рич почти кричал, взбешённый словом «наши» по отношению к запискам. Они никогда не обсуждали записки таинственных отправителей, как собственные, это помогало поддерживать иллюзию веры, как в рождественское утро, когда ты видишь под ёлкой гору подарков и тебе не хочется думать о том, что Клаус не принимал участия в их доставке.

– Например, ребёнку не дают общаться с другими людьми и отец выводит его только по ночам, погулять у дуба. Ребёнок видит, что в дупле есть какие-то записки, значит найдут и его просьбу о помощи.

– А те, кто найдёт просьбу о помощи, должны догадаться о том, кто этот ребёнок и где живёт, путём телепатии?

– Он может быть маленьким и даже не подумать об этом.

Они оба замолчали, непроизвольно снова бросили взгляд на дуб, а потом, оставив лес Ларкина за спиной, обернулись в сторону пригорода. Длинный пустырь метров на сто пятьдесят, на котором когда-то была свалка, теперь городским советом в экологических целях перенесённая куда подальше. За ним слева забор из рабицы, ограждающий автостоянку и территорию продажи подержанных автомобилей, справа круг-разворот на конце тихой улочки, с парой домов.

– Это твой отец сделал, точняк, – Сонни кивнул на автостоянку, – ты его чем-то из себя вывел, вот он и пошутил соответственно.

Отец Рича ничем не напоминалнебрежно одетого и небритого продавца подержанных машин из мультшоу. Больше всего ричин родитель походил на сурового оксфордского профессора без тени улыбки.