Магика

Мальчик номер 412 подсчитал плохие и хорошие факты. Как обычно, плохих оказалось гораздо больше, чем хороших. Это его даже не удивило.

Нико и Дженна выбрались из «Мюриель» и вскарабкались по поросшему травой склону рядом с песчаным пляжем, на котором лодка теперь лежала, опустив паруса. Нико хотел немного отдохнуть. Он очень серьезно взялся за обязанности капитана и считал, что, если за то время, пока они находятся на борту, случится беда, вина будет лежать на нем. Дженна была рада вновь оказаться на суше, хотя здесь и было довольно сыро: трава, на которой она сидела, пропиталась водой и была скользкой, как будто росла на куске губки.

Вдобавок сверху зелень припудрило снегом.

Стараясь не смотреть в сторону Дженны, Мальчик номер 412 осмелился поднять глаза и увидел такое, что волосы у него на затылке встали дыбом.

Магика. Могущественная магика.

Мальчик номер 412 во все глаза уставился на Марсию. Ее окружала дымка магической энергии. А все остальные будто не замечали этого. Волшебная аура переливалась всеми оттенками лилового, искрилась на плаще Архиволшебника и придавала ее темным вьющимся волосам пурпурный блеск.

Ярко-зеленые глаза Марсии мерцали изумрудами, созерцая немые картины, видимые только ей. И хотя солдат Молодой армии специально учили, как не поддаться чарам волшебников, Мальчик номер 412 пришел в благоговейный трепет, увидев магику воочию.

А Марсия внутренним зрением следила за «ьлеирюМ». Лодка с шестью зеркальными отражениями ее пассажиров быстро плыла к широкому устью реки и уже почти вышла в открытое море, на берегу которого стоял Порт.

Для столь утлого суденышка она набрала просто невероятную скорость, что не могло не изумить Охотника. Преследователи не теряли «ьлеирюМ» из виду, но догнать ее, подойти достаточно близко, чтобы Охотник наконец выстрелил из пистоля серебряной пулей, не могли. Десять гребцов уже выбились из сил, а сам Охотник охрип от криков «быстрее, безмозглые!».

Ученик в течение всей погони смирно сидел в задней части лодки. Чем злее становился Охотник, тем меньше Ученику хотелось обращать на себя его внимание, поэтому он не осмеливался и слова произнести и просто вжимался в свое крошечное пространство у потных ног десятого гребца.

Но вскоре десятый гребец начал бормотать под нос очень грубые и любопытные комментарии в адрес Охотника, и Ученик немного осмелел. Он выглянул из лодки и посмотрел вслед стремительно уплывающей «ьлеирюМ». Чем дольше он на нее смотрел, тем больше она казалась ему странной.