Розы на асфальте

Будешь менять подгузники, кормить его, вставать к нему по ночам…

У меня вся жизнь перевернулась, а ей и дела нет.

Такая уж у меня мама. Как говорит бабуля, ее дочь явилась в этот мир готовой ко всему. Если он обрушится, соберет куски и отстроит заново.

– Ты меня слушаешь? – прерывает она мои мысли

Я растерянно чешу голову между афрокосичками.

– Да, слышу.

– Нет, слушаешь? Это разные вещи!

– Слушаю, мам.

– Так вот, подгузников и детского питания тут на пару дней хватит. Я позвоню твоей тете Ните, может, у них цела еще старая кроватка Андреаны.

Поставим у тебя в комнате…

– У меня? Он же мне уснуть не даст!

Ма возмущенно подбоченивается.

– А кого, по-твоему, он должен будить?

– Черт…

– И нечего чертыхаться! Ты ему отец и должен думать не только о себе любимом. – Ма берет сумку с детскими вещами. – Я подогрею бутылочку, а ты присмотри за ним. Или это слишком сложно?

– Ладно уж, – бурчу я, – присмотрю.

– Огромное спасибо! – фыркает она и направляется на кухню.

 – Спать ему не дадут, видите ли!

Я плюхаюсь на диван. Малой смотрит на меня из люльки. Так и буду его звать, никаких больше Кингов-младших, раз уж он мой.

Мой сын. Подумать только, стать отцом из-за лопнувшей резинки!

– Теперь нас двое, да? – вздыхаю я. Протягиваю руку, и он хватается за палец. Надо же, такая кроха, а сильный! – Эй, полегче, палец сломаешь! – смеюсь я.

А Малой уже тянет мой палец в рот, но я не даю, под ногтями же грязи до хрена. Снова раздается недовольный писк.

– Ну-ну, тише, тише. – Я отстегиваю лямки люльки и беру Малого. Он куда тяжелее, чем кажется. Стараюсь взять удобнее, поддерживая головку, как учила Ма, а он хнычет, вертится и в конце концов разражается ревом. – Мам! – не выдерживаю я.

Она появляется из кухни с бутылочкой в руке.

– Что такое, Мэверик?

– Я не знаю, как его держать!

Она поправляет малыша у меня на руках.

– Ты сам успокойся, и он успокоится. Вот, дай ему поесть. – Она протягивает бутылочку, и я сую ее в рот младенцу.

 – Чуть ниже держи, не торопи его… вот так. Когда выпьет половину, дай ему срыгнуть и потом в конце еще раз.

– Как?

– Положишь его головкой себе на плечо и похлопаешь по спинке.

Держи правильно, опусти бутылочку, дай срыгнуть…

– Мам, я не смогу.

– Сможешь! Уже начал, вот и продолжай.

Я и не заметил, как Малой перестал реветь. Сосет себе, вцепился мне в рубашку и смотрит в лицо… и я на него смотрю.