Проект «Аве Мария»

Откуда я это знаю? Еще бы не знать: Яо – командир корабля. Он был у нас главным. Я вдруг отчетливо вижу лицо Яо – молодое, выразительное, взгляд полон решимости. Командир осознавал всю опасность миссии и груз ответственности, возложенной на его плечи. Он понимал, на что идет. Строгий, но справедливый. И ты знал – просто знал – Яо без колебаний пожертвует собой ради миссии или экипажа.

Вытаскиваю другую форму. Эта гораздо меньше командирской. Эмблема миссии та же, но под ней российский флаг. А на правом плече нашивка с красной стрелой на фоне кольца.

Это логотип «Роскосмоса» – российской корпорации по космической деятельности. На личной нашивке указано: «ИЛЮХИНА». Еще одно имя с эмблемы миссии. Эта форма принадлежала Илюхиной.

Олеся Илюхина. Невероятно веселый человек. Через полминуты общения мы уже хохотали до колик в животе. Она словно заражала своей жизнерадостностью. Насколько Яо был серьезен, настолько Олеся беззаботна. Иногда они спорили из-за этого, но даже Яо не мог устоять перед обаянием коллеги.

Помню, однажды он не выдержал и расхохотался над ее шуткой. Нельзя вечно быть на сто процентов серьезным.

Я поднимаюсь и смотрю на их тела. Нет больше сурового командира, нет больше озорной подруги. Лишь пара пустых оболочек, которые некогда служили вместилищем души, а теперь едва ли напоминали человеческое существо. Мои товарищи не заслуживают такой участи. Они заслуживают похорон.

В сумке припасено по нескольку комплектов формы на каждого члена экипажа.

Наконец, я нахожу свой набор. Форма ровно такая, какой я ожидал ее увидеть: с эмблемой миссии «Аве Мария», под ней американский флаг, на правом плече логотип NASA, плюс именная нашивка, на которой значится: «GRACE».

Облачаюсь в комбинезон. Еще немного порывшись в складском отсеке, нахожу обувь. Это, конечно, не ботинки, а плотные носки с прорезиненной подошвой – вроде детских нескользящих пинеток. Думаю, обувь как таковая здесь и не нужна. Натягиваю носки.

Затем приступаю к печальной церемонии одевания погибших товарищей.

Комбинезоны выглядят слишком большими на их тонких, высохших телах. Я и носки им надеваю. Почему нет? Ведь они – часть формы. А путешественник достоин быть похороненным в форме.

Начинаю с Илюхиной. Она почти невесома. Перебросив тело Олеси через плечо, карабкаюсь по лестницам вплоть до командного отсека. Очутившись там, кладу ее на пол и открываю шлюзовую камеру. Мне мешает находящийся внутри громоздкий скафандр.