Утратив вкус

– Софи, ты даже не представляешь, как мне было сложно эти полтора месяца! – прорычал, – За все одиннадцать лет это – самая страшная мука, которую я мог только испытать!

Злость и притяжение к нему слепили меня. Его лицо было так близко, что я вновь почувствовала запах сосен.

– Ты заставил меня вспомнить, какого это было, когда я жила там. ТЫ настоял на этих встречах, не я! И после этого ты исчез!

– Я… я не хотел. Все должно было быть иначе, – я увидела в его взгляде его настоящего.

– КАК иначе?

– Я не знаю… Ты уже больше недели не появлялась на сайте и… мне не хватало тебя.

Щеки загорелись, осознавая, что он и не останавливался.

– Ты продолжал смотреть? – прошептала я, то ли в шоке, то ли в бешенстве.

– Я… Софи… Я не мог тебя не видеть.

– Нахрена только ты приехал?! Зачем вообще появился в моей жизни? – почти прокричала в отчаянии, вырываясь. Шквал эмоций стерли абсолютно все рамки моего приличного поведения.

В ответ лишь молчание.

Он бросил меня, ссылаясь на свое положение и святость.

И сейчас я в нем видела Ника. Отчаянного, потерянного, испуганного. Такого же, как и я.

Я глубоко вздохнула, уже успокаиваясь.

– Брат Франциск, вы оказали мне большую честь своим присутствием. А сейчас мне нужно на покой, завтра много дел, – натянула я маску. Моя очередь оставить его в темной глуши монастыря.

***

Я боялась идти на завтрак. Сестра Анна изрядно удивилась, застав меня в бодрствовании еще до того, как она зашла в мою комнату.

Он все еще был здесь. Я ощущала его желание заговорить со мной, но не могла вновь его подпустить. Что бы между нами ни случилось, он был ответственен перед своими клятвами. А меня волновало лишь то, что он в любой момент мог меня вновь оттолкнуть.

На общей молитве он уступил свое место сестре Катарине, предпочитая это утро остаться в молчании.

Франциск выглядел неважно, под глазами были темные круги, белки покрасневшими, а волосы – неопрятными.

Он занял место рядом со мной с невозмутимым видом.

И я слышала его тяжелое дыхание, ощущала его тепло. Но я старалась вести себя по уставу, не поднимая не него взгляда.

Подавая примерное поведение.

Звуки вокруг меня смешивались, и я слышала лишь то, как сильно билось мое сердце.

Тук-тук. Тук-тук.

Ритм отдавал в уши, перед глазами появились темные мушки. Я не могла находиться с ним так близко. Вот так вот.