Колокольчики мои. Happy end при конце света (сборник)

Крылышки куриные готовлю – пальчики оближешь!

И представляешь, он кусочек в рот берёт и начинает демонстративно долго жевать.

Так и думаешь – сейчас выплюнет. Всё аккуратненько делает: с краешка кусочек отломит, отрежет. И большую часть оставит на тарелке. Не нравится, видите ли. Потому и худющий. Потому и злой. Я долго за ним доедала. Жалко ведь, пропадает добро.

Бабушка Марфа бы его быстро воспитала – как миленький бы ел всё, что дают!

8

Обычно их компанию я вижу только в кафе. После случившегося ничего не изменилось.

Домой братец приходил поздно. Ни полиция, ни Служба семьи не появилась. Выходит, наши манипуляции с переодеванием проглядели. Наверное, я перестраховщица всё же.

Ладонь болела долго, а попросить лекарство у «Медбрата» ещё раз я боялась. Надеялась на пластырь. Тоненькая плёночка на ладони становилась всё прозрачнее: должно быть, скоро пластырь рассосётся совсем. Правда, шрам выглядел ужасно. Некому было края стянуть.

Любопытство – что же случилось с Лисом? – не скажу, чтобы очень мучило, но присмотреться к братцу я решила повнимательнее.

С месяц присматривалась. И ничего не высмотрела.

Правда, несколько дней назад он снял маску и пришёл в кафе без макияжа. Чистенький. Длинная чёлка закрывала висок, где был порез. Народ снова ахнул. Выглядел Лис пришельцем с другой планеты, держался независимо. На физиономии написано: «Только вякните!» Ну, никто и не вякал. Но и подражать пока никто не решился.

Как же я проглядела, что Лис забирается ко мне? Выходит, он вычислил ход из гаража.

А я-то думала, его запах остался с того раза. Идиотка! Месяц почти прошёл.

Мне не терпелось достать и открыть футлярчик.

Лис лежал на спине. Рубашка – как всегда, с кружевами – валялась рядом с ящиками. Ещё и разделся! Вот нахал! Любуйтесь на него! Весь на виду! Хочешь не хочешь – смотри. Не буду я на него смотреть, вот ещё!

Без татуировок, в отличие от приятелей, худющий! Но нехилый. Мускулы вон какие! Ещё в прошлый раз заметила. Недаром носится с приятелями по лестницам и переходам Колоний! Паркур.

На Земле о нём и не помнят, а здесь – любимое занятие. И кружева не мешают! А шрам-то не первый! Вон ещё один, и ещё…

Я подобрала рубашку, бросила ему на грудь.

– Эй, чокнутый, чего разлёгся?

Такой безмятежной была физиономия братца, что я сразу поняла – спит, не притворяется.

У Лиса всё-таки странное лицо. В чём странность, сказать затрудняюсь. Разрез глаз необычный, что ли? Ну, Тайвань как-никак.