Ложечник

Янис вспомнил дохлого зверька, которого нашла Лока, а потом представил свои собственные кости. Вот лежат они кучкой под деревом у тропинки. Больше от него ничего не останется, только кожа да кости. От этой картинки ему стало худо. Зато останавливаться расхотелось.

Тропинка перешла в каменистую дорожку. Рев из ущелья стал оглушительным. Вода бурлила и неистовствовала. Небо было затянуто дымкой, листья на кустах поблескивали от влаги. Янис прошел вдоль каких-то деревьев, потом сквозь заросли папоротника, поднялся на холм и снова спустился вниз.

Поднять ногу, перенести вперед, опустить. Поднять, перенести, опустить. Потом был поворот, за которым начиналось ущелье. Вода с силой налетала на отвесные скалы. Над пропастью висел липкий туман. Моста не было. Была только пропасть, в которой бурлила вода, да другой берег, такой же скалистый.

Янис знал, что нужно пройти еще дальше. В прошлый раз, с Фридом, они шли по тропе вдоль ущелья. А теперь всё то же самое, только обратно.

Надо было продолжать идти.

В ушах стоял шум из ущелья. Ставить одну ногу перед другой становилось всё тяжелее. Локе не терпелось идти поскорее, она забегала вперед, потом возвращалась, а потом опять убегала, высунув язык и часто дыша. Вдали появились смутные очертания арки над пропастью.

– Туда! – показал Янис.

Сначала долго казалось, что мост ближе не становится. Поднялся ветер, и Янис остановился надеть теплую рубаху. Застегнул ворот, раскатал рукава. Каждые несколько шагов он отрывал взгляд от земли.

Очертания над водой постепенно становились четче и четче, пока наконец арка не предстала перед глазами полностью – огромная и темная, в брызгах воды.

Дорожка закончилась у каменной лестницы. Пять высеченных в скале ступеней, за которыми начинался мост, перекинувшийся на тот берег прямо через туман, и этот мост уходил сначала вверх, а в конце вниз. Вода под мостом с грохотом неслась сквозь узкий просвет между скалами.

У Яниса подкосились ноги. Лока лизнула его в щеку.

Он обнял ее за шею и зарылся лицом в шерсть. От нее исходил привычный запах – псины с ноткой протухших кроличьих ушей.

– Что делать? – спросил он.

Лока взвизгнула, и он отпустил ее. А сам так и остался съежившись сидеть на земле; воротник из жесткого сукна впивался ему в подбородок. Он посмотрел на другой берег. Где-то там ходит Фрид. А еще Схенкельман. Янис устал, думать удавалось с трудом. Он обхватил голову руками. Место обмена. Там он и найдет Фрида.