Луна для волчонка

И Ева многозначительно взглянула на меня:

– Май, посмотри, какой это неблагодарный и бессовестный ребенок!

Я кивнула. И указала Полине на дверь:

– Иди в свою комнату. Три месяца не будешь ходить гулять, гуляй по участку, после школы сразу домой. Посмотрим на твое поведение: будешь нормально себя вести, уменьшим срок ареста!

– И никакого гаража! – добавила Ева.

У Полины в глазах сверкнули слезы, но она сморгнула их и спокойно – поразительная выдержка – сказала:

– Я пойду туда, куда захочу. Вот и все.

Ева медленно поднялась:

– Ты не поняла, Полина. Тебе сказано идти в свою комнату. Сейчас.

От холода в ее голосе мне самой стало неуютно. Но Полину это не напугало. Сморщив нос, она бросила:

– Наблюдай, как я пойду гулять!

И направилась в прихожую.

Поля накинула куртку и вышла во двор. Я устало подперла голову рукой и вяло сказала:

– Да уж, глупо было думать, что она послушается. Ей же не пять лет.

Ева о чем-то сосредоточенно думала. Потом процедила:

– Она будет слушаться, – и вышла из кухни.

Я прибрала на столе, потом решила посмотреть, не случилась ли драка. И пожалела, что не пошла за Евой сразу. Из гаража доносились дикие вопли.

Добежав до дверей, я увидела ужасную картину. Ева молотком крушила машину, а младшая сестра бегала за ней и умоляла остановиться.

– Хватит! – крикнула я.

Руки Евы с молотком замерли в воздухе. Полина плакала, прикасаясь к вмятинам с облупившейся краской, оставшимся после ударов молотка. Было разбито лобовое стекло, отломана ручка задней двери и правое зеркало, по кузову – куча вмятин.

– Хватит, – спокойнее повторила я. – Она все поняла, правда, Полина?

Девочка молчала. Ева насмешливо улыбнулась и, откинув молоток в сторону, взяла гвоздь.

– Да ничего она не поняла, – обронила она. – Но поймет.

И принялась царапать на бампере гвоздем.

– Ева, не надо, – попросила я. Это уже был явный перебор.

Сестра лишь улыбнулась. А Полина внезапно кинулась на нее и с силой оттолкнула.

– Только подойди еще к моей машине!

Я шагнула к Еве и, обняв ее за плечи, сухо сказала:

– Мы уходим, а ты подумай о своем поведении, Полина.

Мой взгляд упал на бампер, где гвоздем было нацарапано: «МАЛЕНЬКАЯ ШЛЮ…» Ева не успела дописать, но и так было все ясно. Зря она это… Если маме и наплевать на отцовскую машину, то надпись ей явно не понравится.