Лунатика

Внучка внимательно посмотрела на Бабушку и спросила сквозь зубы: «Может быть, тебя тоже нужно показать невропатологу?» В разговор, как всегда, вовремя вмешалась Ната. «А Снежана – хобот», – нараспев произнесла девочка. «Кто робот? Это я – робот? – возмутилась старшая сестра. – Пошли поскорее к невропатологу». «К самому идеальному, – обрадовалась Бабушка. – Его зовут доктор Айболит». К невропатологу Снежана отправилась в сопровождении Семейного Совета. Доктор Айболит выслушал всех по очереди, потом осмотрел Снежану с помощью молоточка и ложечки.

После чего он выписал пациентке покой и свежий воздух, а также горькие пилюли под названием «антилунатин». Маме лекарство показалось подозрительным, поэтому она решила испробовать его сначала на Папе.

Дома Снежану ждали младшая сестра и Василиса Премудрая. «Какая гадость!» – радостно захлопала в ладоши Ната. «Как дела?» – осведомилась идеальная соседка. «Мне прописали покой и свежий воздух», – информировала её Снежана. Василиса не задержалась с премудрым советом: «Ты немедленно должна отправиться в Тридесятое государство к Василисе Прекрасной.

С тех пор, как Иван-царевич победил Змея Горыныча, там царит абсолютный покой. А свежий воздух тебе обеспечит Старик Хоттабыч».

Но немедленно отправиться к Василисе Прекрасной помешал лай в дверь. Так могла лаять только Сен-Жучка. Для неё Папа устроил звонок с собачьим голосом. Учитывая рост дворняжки, Папа расположил его так низко, что Сен-Жучке достаточно было приподнять лапу и слегка нажать на звонок, как раздавался заливистый собачий лай.

Бабушка моментально бросалась к двери, потому что дворняжка никого не облаивала по пустякам. На этот раз у неё было важное дело к Снежане. Но сначала она протянула всем по очереди правую переднюю лапу, потому что никогда не забывала о собачьих манерах. Сен-Жучка была членом Дворняжского клуба, лаяла на чистейшем дворняжском языке и даже обучала дворняжским манерам Бернара из хорошей, но малообразованной семьи. За два года Бернар должен был освоить правила собачьего тона, что давало право присоединить дворняжскую приставку Сен, стать Сен-Бернаром и вступить в Дворняжский клуб.

Покончив с церемониями, Сен-Жучка потянула Снежану за рукав и перешла на бернарский язык, который, как известно, легче дворняжского. Кроме того, на нём свободно лаял Папа, правда, с небольшим человеческим акцентом. Мама с подозрением покосилась сначала на дворняжку, потом на Папу. «Не беспокойся, пожалуйста, – остановил её подозрения Папа.