Наследница Теней

Усилием воли он загнал внутрь готовый вырваться смешок, грозно выпрямился, вернув осанке горделивость, и осторожно заглянул в проем.

Джанелль стояла у огромного рабочего стола, скрестив руки и хмуро уставившись в книгу по Ремеслу, зависшую в воздухе над столом. Свечи по обеим сторонам толстого фолианта горели разноцветными огоньками, невольно напомнив Сэйтану витражи и несколько смягчив царящий в комнате хаос. Все вокруг, включая Джанелль, было щедро усыпано лиловым, серым и розовым порошками.

– Честно признаться, не думаю, что хочу узнать, чем вызвано все это, – сухо произнес Сэйтан, гадая, как Дрейка отреагирует на учиненный беспорядок.

Джанелль окинула его взглядом, в котором раздражение смешалось с весельем.

– Думаю, что нет, – согласилась она, а затем одарила его неуверенной, но широкой улыбкой. – Полагаю, помочь тебе тоже вряд ли захочется…

Огни Ада! На протяжении всех тех лет, когда он обучал ее Ремеслу и мечтал разобраться в одном из этих сложных, причудливых заклинаний, Сэйтан надеялся получить подобное приглашение.

– К сожалению, – произнес он с нескрываемым разочарованием, – нам нужно сначала кое-что обсудить.

Джанелль преспокойно села прямо в воздухе, закинув ноги на несуществующую скамеечку, и уделила приемному отцу все свое внимание.

Сэйтан запоздало припомнил, что ее пристальное внимание всегда заставляло его нервничать.

Он прочистил горло и окинул комнату взглядом, надеясь обрести источник вдохновения. Возможно, ее рабочий кабинет, в котором столько предметов, связанных с Ремеслом, и впрямь лучшее место для этого разговора.

Сэйтан вошел и прислонился к косяку. Хорошее, нейтральное место. Он не вторгается в личную жизнь Джанелль и вместе с тем заявляет о своем праве быть ее частью.

– Меня кое-что беспокоит, ведьмочка, – тихо произнес он.

Джанелль склонила голову набок:

– Что именно?

– Ты сама. Ты избегаешь всех нас. Закрываешься от окружающих, прячешься здесь.

Ее глаза источали смертный холод.

– У всех есть свои границы и внутренние барьеры.

– Я говорю не о границах и внутренних барьерах, – произнес он. Напускное спокойствие продержалось недолго. – Разумеется, они есть у всех. Они оберегают внутреннюю паутину и Сущность каждого из нас.