Любопытство наказуемо

– Вот как, мэм, – вежливо ответила я.

Я не очень разбираюсь в искусстве, но мне портрет предка не показался шедевром. Может быть, все дело в грязи, которая скрыла самые изящные фрагменты? Впрочем, от меня не укрылся довольно распутный взгляд предка мисс Роуч; вряд ли такой взгляд приличествовал работящему и богобоязненному торговцу шелком. И все же я изобразила благоговение, понимая, что именно этого от меня ждут хозяйки дома.

– Поэтому, – продолжала мисс Роуч, довольная произведенным на меня впечатлением, – я не хочу, чтобы вы и моя племянница напрасно тратили время на досужие разговоры.

Может быть, вы вместе будете читать какую-нибудь поучительную книгу.

Я едва не выпалила, что приехала сюда не для того, чтобы быть гувернанткой, но вовремя осеклась. Люси так молода. Брак и материнство, скорее всего, положили конец ее образованию. Может быть, тетке кажется, что отчасти в этом и заключается трудность и, если Люси найдет себе новые занятия, ее настроение улучшится. Так можно было наилучшим образом истолковать слова мисс Роуч.

И все же я постепенно начинала понимать, зачем мистер Чарлз Роуч прислал меня в «Прибрежный». Что бы там ни происходило с Люси, сестры Роуч едва ли сумеют с ней справиться.

Доктор Лефевр вновь присоединился к нам; я от всего сердца ему обрадовалась. Он умел поддерживать разговор с дамами, не касаясь ненужных тем. Ему тоже в свой черед показали портрет кисти сэра Питера Лели. Доктор приложил руку ко рту и заметил:

– Мадам, вам очень повезло.

Затем нам поведали историю семейства Роуч, поколение за поколением.

По словам мисс Роуч, все их предки были в высшей степени неподкупными и богобоязненными людьми. Превыше всего они ценили свою протестантскую веру, семейную честь и доброе имя, а также успех своего предприятия. Мисс Кристина и мисс Фиби казались достойными потомками своих богобоязненных, но лишенных чувства юмора предков. Я снова покосилась на портрет джентльмена над камином. Наверное, из-за усталости мне показалось, что его распутный глаз мне подмигнул. Как будто советовал мне не слишком-то верить всему, что здесь говорят.

Ровно в половине десятого мисс Роуч встала; следом за ней поднялась ее сестра.

– Мы рано ложимся спать. Разумеется, к вам, доктор Лефевр, это не относится.

Из этих слов следовало, что мы с Люси также обязаны ложиться рано.

– Я, наверное, прогуляюсь перед сном по парку, – сказал доктор. – Может быть, даже выйду на пляж.

– Как хотите, – сухо ответила мисс Роуч.