Любопытство наказуемо

От сюда и нелепое мнение, будто такие болезни в чем-то постыдны. Многие до сих пор скрывают своих душевнобольных родственников или просто отказываются верить, что с ними что-то не так. Меня неоднократно приглашали к таким пациентам, и всякий раз оказывалось, что я пришел слишком поздно. А ведь я мог бы помочь страдальцам, если бы меня только позвали вовремя!

Меня поразила искренность, с какой он говорил. И все же его слова побудили меня заметить:

– Миссис Крейвен считает, что вас пригласили освидетельствовать состояние ее рассудка.

Это правда? Вчера вы говорили, что приехали не для того, чтобы ее лечить.

Лефевр нахмурился и забарабанил пальцами по скатерти, а затем ответил:

– Так и есть. Я приехал лишь для того, чтобы оценить общее положение. Чарлз Роуч очень волнуется за племянницу. Он глава семьи и отвечает за нее, пока ее муж в отъезде. И за сестер тоже.

– Люси Крейвен очень молода, – заметила я. – Вам что-нибудь известно о ее родителях?

– Я знаю лишь, что ее отец был младшим братом сестер Роуч и Чарлза; кажется, его звали Стивеном.

Люси – его единственный ребенок. И Стивен, и его жена умерли, когда Люси была совсем маленькой; при каких обстоятельствах они умерли, я не знаю.

– Понятно, – сказала я. – Что ж, доктор Лефевр, я приехала сюда для того, чтобы быть компаньонкой Люси, а не вашей шпионкой и не шпионкой Чарлза Роуча. Мне хотелось бы обговорить это с самого начала.

– Я и не собирался просить вас шпионить для меня, – невозмутимо ответил доктор. – Подобное поведение с моей стороны было бы непростительным.

И даже если бы я задался целью сформировать общее мнение о… своем пациенте, я не стал бы прибегать к помощи человека, который столь недавно появился на месте действия.

Меня снова поставили на место.

– Вы человек прямой, – сказала я, отодвигая чашку. – Но я рада, что дело прояснилось.

Он улыбнулся:

– Вы, мисс Мартин, тоже выражаетесь без обиняков, чему я искренне рад. Люди, с которыми мне приходится иметь дело, склонны увиливать и изворачиваться.

Вот почему я особенно ценю вашу прямоту. Я вовсе не хотел сказать, что мнение ваше для меня не важно. Поверьте, я очень серьезно отнесусь ко всему, что вы сочтете нужным мне рассказать. Но в медицинских вопросах мне нужно принимать решения самому, и прежде чем я их приму, я должен разобраться во всех подробностях дела. – Он подался вперед. – Я, мисс Мартин, разгадываю головоломки!

С этими словами он отодвинул свой стул, поклонился мне и вышел.