Люськины рассказы

После завтрака Люська пристала к отцу:

– Папа, какую собаку?

– Ты что, дочь, не знаешь лучшую собаку в деревне?

– Музгарка, – выдохнула Люська.

Ее сердце радостно забилось – Музгарка шла на белку, соболя, боровую дичь, медведя и лося. Поэтому щенки ее очень ценились, и не каждый охотник мог их заполучить, а уж о самой и мечтать нечего было.

– Так бы не отдал, – продолжал отец, – да глуховата стала, стареет, а у него молодые собаки есть от Музгарки. Продавать нельзя – обидится и не приживется, а на обмен, да если еще заговорное слово скажет – тогда

можно.

– А когда пойдем-то? – спросила Люська.

– Да вот сейчас и пойдем забирать, пока он не передумал.

По тихой деревенской улице шли двое – коренастый, невысокого роста мужчина со швейной машинкой в руках и маленькая девочка, которая держалась рукой за карман отцовских брюк. Старый охотник стоял возле своего дома, курил трубку. На голове был повязан ситцевый платок, а на плечи накинута сетка, пропитанная

дегтем, чтобы мошка не кусала.

Увидев ранних гостей, улыбнулся.

– Пэтья-выла, – поздоровался по-хантыйски.

– Здравствуй, Никита Степанович, – ответил ему отец.

Тот, кивнув головой, зашел в ограду. Вскоре он вывел на веревке Музгарку и сказал:

– Ну, иди. Он теперь твой хозяин, не обижайся. С ним теперь на охоту пойдешь.

Подал веревку.

– А заговорное слово? – спросил Алексеи;.

– Сказал уже, – взял машинку из рук отца и пошел в дом.

Возвращались они той же дорогой, но уже втроем: мужчина вел на веревке черно-белую небольшого роста лайку со смешным, скрученным баранкой хвостом, а в другой руке держал ладонь дочери, – и лица их светились радостью.

Привязали Музгарку у крыльца на длинную веревку, чтобы собака могла в жару уйти в тень. Отец поставил в чашке воды и принес еду.

– На, покорми. Пусть к тебе привыкает, – сказал он и ушел на работу.

Музгарка лежала, положив морду на вытянутые передние лапы, смотрела грустными глазами. Люське очень хотелось с ней подружиться.

Подошла, погладила по голове, приговаривая разные ласковые слова. Та смотрела на нее умными глазами и пыталась понять, что хочет эта девчонка и почему она здесь.

На другой день собака немного поела. С привязи ее пока не отпускали, хотя все собаки в деревне жили на воле. Прошла неделя. Музгарка жила в конуре на огороде и уже регулярно ела свой корм.

В деревне об этом обмене все говорили с удивлением: как дорого Алексеи; заплатил за Музгарку.