Лямзики, или Тайна пропащих носков

Они почти подошли к новому дому Людвика. – Потом поболтаете. Ну-ка, дверь отопри.

6

Комната была заставлена ящиками. Вероника лежала в углу на кроватке и металась во сне. Её щёки горели, а ноги были почти как лёд.

– Бедняжка, – озабоченно произнесла Геркина бабушка, нежно гладя девчоночью головку. – У неё жар. Сейчас я ей приготовлю чай, а потом подумаем, что делать.

Голень присел на край стула и огляделся.

– Этому дому нужен ремонт, – сказал он, колупая ногтем стену, – краска уже трескается.

– Папа говорил, что на следующей неделе приедут мастера. – Людвик всё пытался дозвониться маме, но безуспешно.

– Ну и отлично, – вздохнул с облегчением Голень. Ему никогда не нравилось это помпезное здание, изрядно пострадавшее от времени и постоянно сменяющихся дачников. – А сегодня кто с вами из взрослых посидит? Пока папа ещё не приехал. Детям одним нельзя оставаться, особенно когда они болеют.

Людвик пожал плечами:

– Няня Вероники отказалась ехать в деревню.

И хорошо – она такая противная… Как-нибудь перебьёмся, не в первый раз.

– Нет, у нас так не выйдет, – строго отрезал Голень и встал. – Детям нельзя без присмотра. Не знаю, как это принято в городе, но у нас ребёнка положено опекать. Сейчас мы решим, что делать.

– Тут дело серьёзное, – кивнув головой, с видом знатока произнёс Герка, когда Голень ушёл на кухню к бабушке. – Лучше с ними не спорь. Бесполезно.

Людвик присел на один из ящиков с надписью «Осторожно: стекло!» и в отчаянии сжал кулаки.

– Тут всё меня бесит! Сгинуть бы к чёрту и никогда больше не соваться в эту дыру!

Герке даже стало немного жаль Людвика.

– Да не кисни ты… Чашка горячего чая с мёдом – лучшее средство от огорчения. Так утверждает бабушка…

– А я говорю: жизнь – помойка! И ваш городишко – вонючая лужа на этой помойке!

– Мама! – во сне застонала Вероника. – Мамочка!

Людвик присел рядом с сестрой.

– Вот её, правда, жалко. Она мала ещё, ничего не смыслит.

Отец весь в работе, ему лишь бы денег побольше… А мама – она всё летает… – Людвик повернулся к Герке. – Она стюардесса, поэтому дома бывает не каждый день…

В комнату вошла Геркина бабушка с чайником в руках. Следом за ней Голень с подносом. Поднос был уставлен чашками и бутербродами с ветчиной.

– Вот, – заявила бабушка, – мы сейчас попьём, поедим, и сразу веселее станет. Людвик, ты не сердись, я залезла к вам в холодильник и сварганила бутерброды.