Ма Лян – волшебная кисть

Над ними стайками вились светлячки, образуя яркие дуги, и вскоре все свечи загорелись. Они были разноцветными – и горели тоже разноцветными огоньками.

Все обитатели леса, которые до этого спали, – фазаны, зайцы, белки, мартышки, летучие мыши, ястребы, сороки, лягушки – все четвероногие, птицы, рептилии и насекомые вылезли из своих укрытий, стали кричать, петь, летать и скакать. Вокруг стало шумно и весело.

Ма Лян пригляделся и обнаружил, что вместо колонн и свечей теперь снова возвышались кисти! Он сообразил, что они могут принести огромную пользу.

В холода они согреют, темной ночью подарят свет. Кисти могут дать человеку многое – все, что ему нужно…

Ма Лян словно понял истину. Он пробормотал:

– У каждого человека должна быть кисть!

Он обхватил одну из кистей, чтобы вытащить и унести ее. Но тут в воздухе раздался страшный голос:

– Эту кисть мы никак не можем отдать тебе, нельзя!

Вокруг снова стало темно и холодно. Кисти превратились в деревянную изгородь, которая рядами окружила Ма Ляна со всех сторон.

Он испугался и попытался перелезть через изгородь. Она опрокинулась и превратилась в железные копья, ножи и мечи, направленные остриями на Ма Ляна, который оказался зажат между ними и не мог пошевелиться.

От испуга Ма Лян покрылся испариной – и проснулся весь в поту. Это снова был сон.

Кошмары мучили его, каждую ночь он видел во сне кисти, но даже там не смог обзавестись ни одной.

Как же ему хотелось кисть!

Он говорил, что человеку нельзя без кисти.

Он мечтал раздобыть кисть для каждого, у кого ее нет.

Глава 8

Старец с седой бородой

Ма Лян так мечтал о кисти, он был словно одержим. День ото дня он все худел, глаза ввалились, лоб казался еще более выпуклым, а шляпа доули, которую он обыкновенно надевал, выходя из дома, казалось, стала ему велика. Днем он работал и учился рисовать, не позволяя себе ни минуты отдыха, усталость накапливалась, и силы его постепенно таяли. По ночам он просыпался в холодном поту от мучивших его снов.

Какое дитя все это выдержит?

Однажды вечером совершенно обессилевший Ма Лян прилег и сразу забылся – как будто уснул, но как будто и нет.

Он ждал, когда начнется сон. В последнее время он жил в мире снов о кистях. Он боялся, что снова приснится кошмар, и очень надеялся на хороший сон. Впрочем, Ма Лян был бы рад и кошмару – лишь бы в нем были кисти. Но во сне все было так же, как наяву: он никак не мог раздобыть кисть.