Магазин «Белые тапочки»

Но вскоре Анджей так замотался, что забыл даже и об этом. Он как вихрь носился по дому и магазину, показывал трясущимся перепуганным людям, которые продолжали интересоваться ритуальными принадлежностями, белые тапочки, саваны, как самый обычный товар раскладывал на прилавке перед очередным покупателем осиновые колы: потоньше, потолще, подлиннее, покороче – на выбор. Колы, в отличие от всего остального, покупали.

Пусть лежит этот кол дома или в сумке – вдруг пригодится, когда вампир станет нападать…

И люди, кто преодолевая стеснение, кто вообще забыв о нем, просили у мальчишки-продавца осиновый кол покрепче, чтобы спасти свою жизнь.

И не только свою. Хотя вряд ли кто-то смог бы отмахнуться осиновым колом от резвого вампира, если тот вдруг нападет. Осиновый кол в мертвого вампира вбивают. Чтобы из земли не лез.

Анджей верил всему этому и не верил. Ведь он до сих пор ни живого, ни мертвого вампира не видел. Или видел? Ведь они внешне ничем не должны отличаться от нормальных людей.

До срока…

Доход магазина рос. Папа разъезжал по окрестным лесам, пилил и рубил осины – и строгал средства защиты…

Мама уже давно заметила, что люди охотнее осиновые колья покупали, чем просто брали у нее бесплатно. Все, за что заплачено, казалось людям надежнее. И она стала продавать их по копеечной цене, выложив кол вместе с ценником на витрине. Спрос на них все возрастал…

Анджей хотел попросить родителей рассказать ему, сколько еще они должны, какую сумму осталось им выплатить в счет проклятого долга.

Но сейчас было не до этого.

И вот отец Анджея поднялся на второй этаж и сел за письменный стол своего деда. Несколько дней и ночей провел он без сна, закрывшись в лаборатории. Мама и Анджей носили ему еду и питье. Только один раз за все это время отец выбрался на улицу. Он сел в машину и укатил на склад химических реактивов, где работал его бывший однокурсник. Оттуда он привез целую гору коробок, пакетов и ящиков с дзинькающими в них пузырьками и бутылочками.

На вопросы Анджея: «Придумал? Получилось?» – отец не ответил ни «да», ни «нет» и вновь скрылся в своей лаборатории.

Но вот в один из вечеров он вышел, спустился на кухню и поманил Анджея за собой. Они поднялись в кабинет-лабораторию, и отец сказал:

– Анджей, сегодня, как наступят сумерки, мы с тобой выйдем в город. Я тут кое-что сделал. Это обязательно нужно испробовать. Пойдем с тобой вдвоем, но маме ничего не скажем. Чтобы она не волновалась.