Максимка-невидимка

Он сказал, что это – удар вратаря, что так вратарь выбивает мяч в самый центр поля и называется этот удар – «удар от ворот».

А на поле все просто остолбенели. Почти все видели, как мяч, который отбил Пашка-вратарь, внезапно поднялся в воздух, потом на какое-то время исчез, потом вдруг снова появился в воздухе, но уже примерно в метре над землей, а потом вдруг, как какое-то маленькое НЛО, внезапно устремился в самый центр поля и попал прямо в лицо капитану команды одной из девятиэтажек.

Причем, именно той, в которой жил Максимка.

– Уууааай! – взревел подросток, которому мяч влепился прямо в нос. – Что это, блин, за шутки такие?!

Пацаны бросились поднимать своего капитана, а Пашка-вратарь поднял мяч и внимательно его осмотрел. Не заметив ничего подозрительного, он еще раз глянул по сторонам, потом пожал плечами и произнёс:

– Может, ветер?

– Какой на фиг ветер, так влупил мне по шнобелю! – заорал капитан команды Борька. – Это кто-то из болельщиков ударил по мячу!

– Так там только девчонки, ни одного пацана нет! – возразил Пашка.

– А кто тогда засандалил мне по носу? – скривился Борис.

– Может, отскочил от чего-то? – предположил еще один мальчишка из Борькиной команды.

– От чего он мог отскочить? От башки твоей дурной? Там же нет ни деревьев, ни столбов! – прошипел Борька.

– Эй, вы, соплежуи! Хватит там уже причитать, мы играть будем? – насмешливо крикнул капитан команды соперников Влад.

Борька зло посмотрел в его сторону, потом, не говоря ни слова, подобрал мяч, и игра снова началась.

Всё это время Максимка стоял, затаив дыхание. Он уже пожалел о том, что вообще взял в руки мяч. Ведь он совсем забыл, что он – невидимый. А, значит, ему надо было очень осторожно вести себя и ни в коем случае не подходить даже близко к кому-либо. Тем более, что он вышел из дому без разрешения. И если мама об этом узнает – то наказание будет очень серьёзным. А если это ещё станет известно папе, то… Максим даже поёжился. Папа, конечно, его любит, и многое прощает, но тут по попе точно бы отстегал ремешком.

Он это делал очень редко, но пару раз Макс получал по мягкому месту, когда сильно набедокурил. Ремень у папы был широкий и хлестал по попе больно. Впрочем, было не столько больно, сколько обидно. Хотя и больно было тоже. Так что…

В общем, Максим направился назад, домой. И надо же – как только он вышел из-за угла, он понял, что попасть домой он не сможет. Потому что прямо перед подъездом сидела огромная страшная собака – овчарка.