Малыш Равиолька из ящика

Я не хочу, чтобы здесь получилось так же, как в прошлой школе, – не отрывая глаз от книги, угрюмо повторил Папа Равиоль. Он говорил так тихо, что казалось: слова тонули в книге, не успев долететь до Мамы Равиоли. Но Мама тем не менее все слышала. И не сдавалась.

– Если ты – великий ученый, это еще не значит, что твой сын должен стать таким же! Я хочу, чтобы у Малыша было детство, чтобы он вырос веселым, жизнерадостным равиоли! – При этих словах Папа наклонился еще ниже над книгой. – Да, веселым и жизнерадостным!

Малыш Равиолька слушал этот диалог, спрятавшись за большой столовой ложкой.

Он понимал: в эту минуту решается его судьба! Либо он пойдет и познакомится с интересными ребятами, которые с веселым гиканьем прыгают в пестром свете терки, либо останется дома, будет сидеть рядом со своим скучным папой и тот будет показывать ему свои скучные книги. О, как он не хотел оставаться дома! Он весь ужин мечтал о том, как познакомится с новыми друзьями! (На ужин, кстати, Равиолька ел мягкий сыр – потому что он был сырным равиоли, как и его Мама; а вот Папа ел грибы – он был грибным равиоли. )

Размышляя о том, как ему хочется погулять, Равиолька пропустил важный, решающий момент. Мама наклонилась к Папе и громким шепотом сказала:

– Дорогой мой, я пожертвовала карьерой в дуршлаге ради того, чтобы мотаться с тобой по провинциальным ящикам. Уступи мне хотя бы раз.

И Равиолька не видел, как его Папа, замявшись, коротко кивнул. Поэтому мамин крик: «Малыш, можешь идти погулять с ребятами!» – показался ему настоящим волшебством, чудом из ниоткуда.

Малыш знакомится с другими обитателями ящика

У терки уже собрались трое: Пельмитя, его младший брат Пельмиша и долговязая Фетучинька. В данный момент Фетучинька была единственной девочкой в компании и чувствовала себя неуютно. Стояла поодаль и делала вид, что разглядывает дырки в терке. Пельмиша и Пельмитя – крупные и хорошо сложенные юные пельмени – обсуждали новых соседей.

– Я сам слышал – он плакал как девчонка! – с презрением сказал Пельмиша брату.

– Эх, жаль, меня не было! – досадовал Пельмитя.

Самое забавное, что Пельмитя сам плакал как девчонка на приеме у врача, куда его днем отвела Бабушка. А ведь ему-то всего только и делали, что прививку от слипания! Но он уже забыл про собственные слезы и радовался рассказу брата про слезы Малыша Равиольки.

Тут подала голос долговязая Фетучинька:

– Вот он идет, вот!

Братья-пельмени обернулись.