Жребий брошен

Не та дорога, чтобы трусцой по ней нестись. Да и бежать от стража Раджафа некуда. Все равно рано или поздно догонит. По реке сплавляясь, шанс уйти от него был. Пешему – ни единого. Нужно решаться на схватку. И делать это сейчас, пока никто ноги себе не сломал или еще чего не повредил. Вот только местность для этого крайне неудачная. Валуны, каменная крошка. Земля встречается лишь на небольших прогалинках между скальными выступами. Как, из чего лес вокруг растет – уму непостижимо.

– Проклятье! – Любовод свалился снова, схватился за ногу, лицо его скривилось от боли.

– Как у тебя язык-то поворачивается! – опять присел рядом Олег, пощупал ногу. – Кость цела. Стало быть, страшного ничего не случилось. Идем!

– Не пойду, колдун, – покачал головой купец. – К чему мученья, коли конец един? Часом раньше, часом позже. Ты за меня не бойся, друже. Все там будем. На Калиновом мосту ныне же встретимся. А хочешь, я тебя и там обожду?

– Нет, Любовод, у реки Смородины ты меня дождешься не скоро, – выпрямляясь, вздохнул ведун, огляделся.

– Который?

– Ну, бурый, мхом обросший. Сажени четыре в высоту.

– То же не валун, то скала будет…

– Да хоть обелиск, какая разница? Давай, помоги друга моего поднять, да к камню подвести. Будута, веревку не потерял? Урсула, а ты?

– Нет, господин, – провела девушка рукой себе по поясу.

– Отлично, тогда вперед. Давай, друже, на плечо мне обопрись.

– Какой же ты упрямый, колдун, – поморщился новгородец. – Не нужно мне плеча, сам дойду, коли недалеко. Но хоть там ты мне покоя дашь?

– Дам, дам. – Середин отпустил купца и пошел вперед. – Догоняй, все там отдохнем. Будута, веревку разматывай!

Взятый холопом конец имел в длину саженей шесть, может, чуть меньше. Олег привязал к нему веревку, снятую с девушки, удлинив примерно до десяти, небрежно приладил поднятый из-под ног камень, швырнул вверх. Первая же попытка принесла удачу – снаряд перелетел через валун, звонко цокнув обо что-то с той стороны.

– Отлично, держи, – отдал Олег конец веревки холопу. Сам обогнул гранитный монолит, без труда выпутал камень, отбросил в сторону, потом натянул веревку.

Послышался шорох, стук, испуганный женский визг. Ведун, ругнувшись, кинулся обратно:

– Что случилось?

Урсула указала себе под ноги. Там валялся почерневший от непогоды и въевшейся в кость грязи человеческий череп.